Встречный бой штрафников

Разогнали по войскам и всю генералову свиту. Так ли, нет ли, но в санитарной роте появилась особа, мимо которой не смог пройти сам майор Лавренов. Цену она себе знала. Да и покровительства, похоже, не искала. Тут же навела в роте строгий порядок. За медицинским спиртом из батальонов уже не бегали. Лавочка прикрылась. Ухаживания командира полка Игнатьева в первое время вроде бы приняла. Но потом вдруг обратила внимание на капитана Солодовникова. Война войной, а баба есть баба…

Так что лишний раз подставлять комбата под лавреновский обух…"

"Нелюбин посмотрел в бинокль. Немцы закрепились вдоль дороги основательно. Но пугало даже не это. Что там, в глубине? Есть ли у противника резервы и какие? Последнее время немцы сильно досаждали им контратаками. Сунется полк в наступление, пройдет несколько километров, а там – мощная оборонительная линия, за нею артиллерия, самоходки, танки. Полк терял темп наступления, инициативу, безрезультатно топтался перед обороной противника. Роты мгновенно редели, теряя до трети списочного состава убитыми и ранеными. А вскоре оттуда, из глубины немецкой обороны, начиналась мощная контратака. Не везло тому батальону или роте, на которую приходился основной удар контратакующего клина.

Сегодняшний бой начинался хоть и сумбурно, но Дебрики согласованным маневром с левым флангом Восьмой роты они заперли красиво. И артиллеристы там поработали, и минометчики. Все в деле поучаствовали, всем хватило трофеев. Артиллеристы конечно же зачтут и ДОТ, и штурм каменного сарая в свой актив. Но и он, командир Седьмой гвардейской роты, отметит в донесении все, как было. Ему стесняться нечего. Взводы действовали согласованно. Взводные командиры вели бой грамотно. Бойцы проявляли храбрость и упорство. Замешкал немного Гудилин. Но окажись другой на его месте там, в чистом поле, под пулеметным огнем, еще неизвестно, как бы повел себя он. Хоть и с потерями, но взвод он все же вывел. И задачу выполнил.

Минометы Нелюбин в дело пока не пускал. Миномет хорош в обороне. В наступлении управлять минометным огнем сложно. Пока определялись цели, пока пристреливались реперы, чтобы потом переносить огонь туда, куда необходимо, пехота, быстро продвигаясь вперед, могла оказаться в зоне собственного огня. И Кондратий Герасимович своим хозяйским умом давно понял, что лучше все же пару «самоваров» иметь своих.

Оба миномета они расположили на дне овражка, в самой глубокой впадине. Разгребли ногами снег. Положили плиты, придавили их как смогли, подрубили мерзлую землю саперными лопатками. Установили двуноги и трубы.

– Первый готов! – доложил Сороковетову пожилой ефрейтор.

– Второй готов! – тут же отозвался другой боец. – Какой прицел выставлять?

Правее и глубже в горловине вела бой соседняя Восьмая рота.