Первый встречный

И попросить у него прощения за то, что не могу принять его щедрый подарок. Я не собираюсь оставаться в Баланове, и, соответственно работать здесь. Поэтому лицензировать частную клинику на моё имя было как минимум недальновидно. И делать громкие заявления журналистам тоже. Я с удовольствием буду приезжать сюда в гости. Но участвовать в общественной жизни города — нет, мой дом больше не здесь. Видимо, Алексей принял желаемое за действительное, хотя, ума не приложу когда я сказала, что вернусь. Спасибо, Лёша, за прекрасно организованный вечер, счёт за мероприятие пришлёшь мне. Я благодарю за всё, что ты для меня делал за годы супружества, за прекрасных детей, за то, что грамотно ведёшь общий бизнес. И, желаю тебе удачи в дальнейшей политической карьере и в личной жизни. Без меня. Мой принцип: уходя-уходи. Баланов и всё, что с ним сопряжено — это прошлое. Настоящее и, надеюсь, будущее связано с другим городом и другими людьми, один из которых стоит сейчас рядом со мной, — Ксения сильнее сжала ладонь Романа в своей, — И у меня просто нет слов чтобы выразить ему свою признательность. Таких подарков мне не делал никто в этой жизни… Огромное, безграничное спасибо тебе, Роман. Ты не просто дал мне надежду на то, что я скоро вновь смогу заниматься любимым делом, ты вернул мне веру в людей… Понимаю, что это только первый шаг и ещё придется побороться, но впервые за долгое время я чувствую себя за каменной стеной. Не жду, что меня будут использовать в своих интересах, что всадят нож в спину. С тобой я спокойна, а значит сильна. И за это тоже спасибо тебе, любимый… А всем остальным, я говорю ""простите и прощайте"", не поминайте лихом. И я вас прощаю тоже.

Ксения развернулась на каблуках и, фирменным жестом выпрямив спину, зашагала со сцены. Трое мужчин двинулись следом.

— Высший пилотаж, — прошептал Роман ей в ухо, — Ни одного грубого слова, а все вокруг чувствуют себя уродами. И только я в белом. Тихонов тебе этого не простит. И мне тоже.

— Плевать. Давай, забираем детей с моей матерью и уходим. Пусть захлебнётся злобой.

***

— Господи, что же теперь будет? — Елена Витальевна нервно ходила из угла в угол по комнате, — Вы оба вообще представляете что натворили? Прилюдно опозорили уважаемого человека…

Роман непонимающе посмотрел на женщину и пожал плечами: — Я ещё даже не начинал. Это так, разминка. И мне непонятна ваша позиция. То есть ему можно было организовывать всякую дичь? Вытирать ноги о вашу дочь, строить интриги в угоду собственному эгоизму, а натворили почему-то мы?

— Мама, никто не заставлял его лгать гостям и журналистам, — вмешалась Ксения, — Алексей сам поставил себя в дурацкое положение. Мне вообще непонятно на что он рассчитывал.