Непредвиденные встречи (сборник)

Аларика, спокойная, как и всегда, желанная и чужая, заставляющая вздрагивать во сне и в последнее время всплывающая в памяти в самые напряженные моменты работы, смотрела на него и молчала. Интуиция вывела его сюда? Или его величество Случай?

– Как ты нашел меня? - первой нарушила молчание женщина.И зачем?

– Мне сказал Май… но я не искал тебя, честное слово… хотя, вру, не искал, но ждал. А зачем?.. Может, потому что хочу разобраться…

– В тебе… в себе тоже.

– Странные слова в твоих устах. Обычно ты более категоричен. И все же ты напрасно пришел сюда.

Филипп стиснул зубы.

– Наверное, ты права. Мне говорил Ребров, я не послушал. Но, уж коль так получилось, позволь побыть с тобой немного…

Он взял ее за руки, холодные, как скалы вокруг. Аларика покачала головой высвободила руки.

– Ты напрасно пришел… во всяком случае, сегодня. Слишком легко тебе даются слова, я знаю. И еще ты забыл, что между нами прошел третий, которого я любила.

– Тогда я приду завтра.

– Не знаю. Пусть это будет завтра, а сегодня - уходи.

Филипп молча поклонился и пошел в темноту, унося взгляд Аларики, твердый взгляд взрослой женщины, знавшей, что такое любовь. И все же… "Она сказала - любила, - бормотал он про себя.- Любила, а не - люблю! Значит, не все еще потеряно? Кто бы помог разобраться, возможно ли это? Или не надо разбираться, ставить точки над "i", пусть все идет так, как идет?"…

Хор прибоя уже не казался ни торжественным, ни грозным-. он был, скорее, насмешливым и угрожающим, веяло из фосфоресцирующего мрака, холодом и безнадежностью…

Если не знает никто, почему улыбаемся мы,

И не знает никто, отчего мы рыдаем,

Если не знает никто, зачем рождаемся мы,

И не знает никто, зачем умираем…

Филипп оступился, больно ударился коленом о камень и погрозил кулаком океану. Оглянулся, но Аларики уже не было видно. Только клочья светящейся пены проносились над мокрыми скалами, словно странные электрические птицы из неведомого мира.

Если мы движемся к бездне,' где перестанем быть,

Если ночь перед нами нема и безгласна…

Давайте, давайте, по крайней мере, любить!

Быть может, хоть это не будет напрасно…*

– Когда это произошло? - спросил Богданов, чуть более бледный, чем обычно.

– Вчера утром, между завтраком и обедом,- сказал угрюмый Йос.

Два часа назад из сектора скорой помощи УАСС пришло сообщение о смерти эфаналитика отдела безопасности Василия Богданова. Его нашли мертвым после сеанса компьютерного расчета, но тема расчета оказалась стертой в памяти "Умника" - большого киб-интеллекта Управления, и это было необъяснимо: стереть расчет не мог бы и сам оператор.