Встречи и прощания

— Мне очень жаль, сэр, но остальная одежда, которую я забрал из квартиры леди, в таком же плачевном состоянии. — По лицу слуги было видно, что ему с трудом удается сдержать улыбку.

Комната огласилась отборной греческой руганью. Лукас ринулся к телефону и принялся набирать номер квартиры Эмбер. Гудки в трубке несколько охладили его пыл. Он ожидал чего-то подобного: Эмбер была слишком страстной женщиной, чтобы так просто смириться с происшедшими в ее жизни переменами. К тому же Лукас не мог не признать, что Эмбер имела право вести себя подобным образом. Он должен был сразу рассказать ей о своих намерениях относительно Кристины, а не откладывать разговор до последнего. Именно его нерешительность вызвала такие последствия.

Вылив остатки кофе в раковину, Эмбер сполоснула кружку и насухо вытерла кухонным полотенцем.

С момента последней встречи с Лукасом прошло чуть больше недели, и все это время Эмбер прожила словно в бреду. Каждое утро она вставала как обычно, принимала душ, пила кофе и отправлялась на работу. Но ее действия были механическими, она почти ничего не ела и ночь за ночью проводила без сна. Она осунулась и похудела, стала раздражительной и поражала коллег абсолютно несвойственной ей прежде рассеянностью. А еще она ждала и надеялась на чудо — на то, что Лукас поймет, как сильно ошибся, и вернется к ней. Но день проходил за днем, а от него по-прежнему не было никаких вестей. К концу недели, смирившись с тем, что потеряла его навсегда, Эмбер приняла окончательное решение съехать с квартиры.

Когда субботним вечером Спиро позвонил ей из Афин с подробным отчетом о празднике, устроенном в честь помолвки Кристины Аристидес и Лукаса Карадинсса, его слова были встречены с ледяным спокойствием. Просто в крышку гроба, в котором Эмбер похоронила свои надежды на счастье, забили последний гвоздь.

Воскресным утром весть о помолвке наследников двух крупнейших греческих компаний стала достоянием общественности. Фотография счастливой пары, помещенная на развороте светской хроники, послужила хорошей иллюстрацией к рассказу Спиро. Оторвав страницу с фото новоиспеченных жениха и невесты, Эмбер завернула в нее кружку и аккуратно уложила в коробку с уже собранной кухонной утварью.

Переезд она наметила на понедельник. Теперь вещи были упакованы, а перед домом красовалась табличка с надписью «Продается». Боль, пережитая после приема в отеле и объяснения с Лукасом, постепенно сменилась равнодушием. Лежа ночами без сна, Эмбер много думала и пришла к выводу, что не стоит валить всю вину за происшедшее на одного Лукаса. Он видел только ту Эмбер, которой она хотела быть, которой стала, чтобы понравиться ему.