Встреча с Вождем

А большего, собственно, и не требуется.

Не поняли, снова стали спорить и доказывать преимущество нынешних серийных бронеавтомобилей над «этим, простите товарищ полковник, не пойми что». С их точки зрения, достаточно аргументировано. Мол, у серии БА и корпус до мелочей продуман, и броневая защита достаточная, и пушечно-пулеметное вооружение сродни танковому, могут на равных сражаться с гусеничными бронемашинами противника, и проходимость хорошая, и вообще в армии они востребованы. Да и вообще, к чему пехоте собственный броневик? Бойцов можно и на грузовиках перевозить или вовсе пешком.

И вот тогда Батоныч уже не выдержал…

– В армии, значит, востребованы?! С гитлеровскими танками могут сражаться?! А пехоте пешком ходить?! Ну, ладно, сами напросились… – злобно сказал полковник. Владимир Петрович достал из нагрудного кармана и сунул под нос руководителю КБ бумагу за подписью Самого, а когда инженер ПРОНИКСЯ, добавил более спокойным тоном: – Секретные чертежи новой боевой машины РККА переданы вам согласно приказу! А все остальное уже не мое дело. Или через две недели я увижу ходовой экземпляр первого советского бронетранспортера пехоты «БТР-41» – или кое-кто не увидит свободы, а то и жизни. Поскольку саботаж в военное время лично я расцениваю как самую настоящую измену Родине, и наказание будет соответствующее!!!

– Товарищ полковник… – вскинулся было главный инженер. – Но ведь…

– Молчать! Время споров закончено!!! Я ведь могу и по-другому сделать: сформировать из вас несколько экипажей для «БА-10» и отправить на передовую. Исключительно на тот участок фронта, где ожидается вражеский танковый прорыв. И только попробуйте не остановить, коль уж с танками на равных способны сражаться! Расстреляю без суда и следствия как трусов и паникеров! Если, конечно, хоть кто-то в этих коробках с «достаточной броневой защитой» после немецких снарядов уцелеет…

Присутствующие в кабинете инженеры бледнели, краснели, потели…

– Товарищ младший лейтенант, – внезапно обратился Владимир Петрович к Гаврилову, внимательно слушавшему разговор. – Вот вы с товарищем старшиной, насколько помню, свой первый бой с немецко-фашистскими захватчиками приняли еще на нашей западной границе утром двадцать второго июня? И на вашем личном счету достаточно много уничтоженных танков противника, верно?

– Так точно, товарищ полковник! – Степан собрался, было, подняться со стула, но был остановлен жестом полковника.

– А воевали вы тогда на легком танке «БТ-7», вооруженном орудием, аналогичным тому, что устанавливают на свои бронеавтомобили товарищи конструкторы.

Гаврилов осторожно кивнул, еще не понимая, чего от него хочет Бат.