Встреча с Вождем

Особого эффекта от подобного, понятно, не имелось, но для поддержания боевого духа вполне годилось. По крайней мере, в этом бою бойцы впервые смогли почувствовать себя, собственно, мотопехотой – что уже дорогого стоило.

И столкнувшиеся с неожиданной, нетипичной для русских тактикой немцы дрогнули. Дрогнули – и побежали. Сначала поодиночке, а затем и группами по нескольку бойцов, снимаясь с места и отступая. Кто-то пытался тащить с собой пулемет с боезапасом или легкий миномет-«полтинник»; кто-то драпал просто так, только с личным оружием; кто-то и вовсе с пустыми руками – это уже ничего не могло изменить. Тем более что еще и со связью внезапно начались какие-то абсолютно неожиданные проблемы – оказалось невозможным связаться ни в одном из диапазонов, все забили непонятные помехи, словно над ними проходил грозовой фронт. И это оказалось последней каплей, сломавшей волю гитлеровских командиров…

В итоге деревню, которую фрицы изначально планировали превратить в мощный очаг обороны на пути русского контрудара, поскольку ее расположение оказалось весьма удачным для контроля над одной из магистральных дорог, взяли за двадцать с небольшим минут. Что было весьма неплохим результатом даже по меркам Бата. Не потеряв при этом безвозвратно ни одного танка и бронетранспортера (один «БТР-41» немцы таки подбили, и он остановился на обочине узенькой деревенской улочки, просев на простреленных передних скатах и задымив мотором, но мехвод клялся, что восстановит машину своими силами максимум за час). Потери у пехоты тоже оказались невысоки – около десяти убитыми и в полтора раза больше ранеными.

И примерно то же самое происходило по всей полосе наступления бригады. Где-то дело обстояло аналогично, где-то приходилось задерживаться или даже вызывать на помощь артиллерию, как самоходную, те самые «КВ-2», пополнившие боекомплект и идущие следом за танками, так и более дальнобойную, буксируемую, но в целом наступление, не теряя темпа, успешно продолжалось. Настоящих встречных танковых боев практически не было: немцы или стояли в обороне, или пытались прорваться – без особого, впрочем, успеха. Сталкиваться лоб в лоб с непробиваемыми «КВ» или «тридцатьчетверками» им было попросту не с руки – результат схватки был по большому счету предрешен. Тактика танковых засад тоже себя не оправдала: ну не пробивали их бронебойные снаряды брони русских танков даже при стрельбе в борт – и все тут!

Зато, обнаружив цель, советские танкисты отчего-то не перли на рожон и не геройствовали, а сбрасывали скорость и методично расстреливали противника, пусть и тратя куда больше унитаров, чем могли себе позволить гитлеровские панцерманы – все ж таки сказывалась не слишком качественная оптика прицельных приспособлений.