Брат, вспомни все!

Повернула к ней голову. Каждая черточка ее лица напряжена. Будто чего-то испугалась она. Но нет, Лелька не тот человек, которого ей стоит бояться. Ей-то она как раз обрадовалась.

— Лелька, мать твою!

Мари вдруг перестала быть леди. За каких-то несколько мгновений она перевоплотилась в хорошо упакованную пугану со всем своим уличным выпендрежем. Но затем ее взгляд снова похолодел, лицо разгладилось — опять чопорность на нем, высочайшая усталость. Княгиня, мать твою…

Лелька полезла обниматься. Но Мари отстранилась от нее. Одним движением руки словно невидимую преграду поставила перед ней. Мол, не ровня ей старая подруга.

Никита тоже вышел из машины. Со скучающим видом прислонился задом к капоту «девятки», сложил руки на груди. Ему интересно было наблюдать за этой сценой. Он уже был уверен, что вариант с Мари отпадает как классово чуждый.

— Сколько лет, сколько зим!

Лелька радовалась встрече. Мари же только изображала радость. И то без особого энтузиазма. И при этом, казалось, какие-то мысли закрутились в ее голове. На Никиту зачем-то посмотрела. И не просто, а с любопытством. Как будто заинтересовалась им. И вовсе не как самцом…

— Какими судьбами? — спросила она.

Лелька не стала тянуть кота за хвост. Сразу о деле:

— Да вот, перекантоваться у тебя хочу…

— Перекантоваться?.. Пожить у меня?..

— Ну да… А что, облом?

— Вместе с ним? — покосилась Мари на Никиту.

— С ним.

— Стряслось что?

— Ну, вообще-то да. Проблемы…

— Твои проблемы — мои проблемы. Так мы когда-то говорили?

— Ага, говорили, — обрадовано кивнула Лелька. — Твои проблемы — мои проблемы…

— Но проблема у тебя, — как бы наслаждаясь своим превосходством, напомнила Мари.

— У меня… — потухла Лелька. И в глазах Мари погас вдруг огонек. Тоска какая-то появилась.

— Вообще-то я здесь не живу. Квартира моя, но там сейчас моя сестра с мужем живет…

— Да?.. Так бы сразу и сказала, — сморщилась Лелька. — А то строишь тут из себя…

— Я? Строю?.. — обиделась Мари. — Нет, я из себя ничего не строю. Я такая, какая есть. И в стриптизе уже давно не танцую…

— И где же ты танцуешь?

— В своем особняке, в зимнем саду возле бассейна.

— Да ну… — недоверчиво посмотрела на нее Лелька.

— Вот тебе и ну! — Мари гордо вскинула головку. — У меня свой особняк за городом. И живу я там сейчас одна. Между прочим…

— Слушай, это не тот, носатый…

— Да, он. Жора Мкртчян, цветочный король.

— Все-таки вышла за него замуж…

— И ни капли об этом не жалею…

— Но он же такой жирный, потный…

— Уже не потный. Мертвые не потеют, — мрачно усмехнулась Мари.

— Мертвые? — ужаснулась Лелька.

— Да не бледней ты, подруга… Застрелили его, разборки какие-то были. С азербайджанцами что-то не поделил… Но это их дела, не мои.