Брат, вспомни все!

Только кулаки и зубы в качестве оружия Против электрошокера в ловких руках — это ничто

Но руку никто не протянул. И пистолет остался у Никиты. Теперь он хозяин положения.

— «Пушку» на пол! — шепотом приказал он. Первый мордоворот послушно положил на пол пистолет.

— А ты чего встал? — рявкнул он на второго. — Цацки на пол!.. Руки в гору! Оба! И к стене! Спиной ко мне!

Требование было выполнено.

Никита шагнул к противнику. И одновременно с ним то же движение сделал и Валера. Никита огрел одного мордоворота рукоятью пистолета по затылку. Валера — второго кулаком по темечку. Результат один. Оба парня растянулись на полу.

Для большей уверенности их сковали наручниками.

Валера подобрал с пола трофей.

— Я балдею! — довольный, протянул он. И заботливо провел рукой по израильской «игрушке».

— Неплохой ключик, — кивнул Никита.

— Ага, ключик. От всех дверей…

— Тогда пошли.

— Пошли…

Вместе с пистолетом-пулеметом забрали и электрошокер.

Они вышли из комнаты, двинулись через едва освещенный тамбур перед выходом из подвала.

— Ты скажи мне, Валера, с нами шутки шутили? — спросил Никита.

— Да какие шутки? Чуть не убили…

— Значит, все серьезно? — Он посмотрел на его «узи».

Валера понял значение его взгляда.

— Серьезно, — кивнул он. — Все очень серьезно… Никто нас не остановит…

— Стрелять умеешь?

— Не обижай…

Они поднялись по ступенькам, открыли тяжелую дверь и вышли из подвала. Двинулись по короткому, обшитому досками коридору…

* * *Ночной дачный поселок. Тишь, блажь, красота. Джип и автобус шуршали колесами по пыльной дороге. Фары выключены, путь освещает луна. А вот и дом.

— Здесь, — сказал Чертков.

Машины остановились. Криницын первым выскочил в весеннюю, но еще прохладную ночь.

Двор дома был ярко освещен. И в окнах горел свет. Но что самое странное, ворота были настежь.

Антон повел своих ребят к дому. Автомат наготове. Мозг в боевом режиме. Но стрелять-воевать не пришлось. Дом был пуст. Только покойники в нем. Первые два трупа в холле. Третий на лестнице, ведущей на второй этаж.

Но одна живая душа в доме была. В комнате, на втором этаже, сидел кряжистый мужик. На кожаном диване, с радиотелефоном в руке. Появление вооруженных людей стало для него полной неожиданностью. А еще больше растерялся он, когда в комнату втащили Черткова.

Тот сразу узнал его.

— Ганкин… — убито протянул он. Это был коллега Антона. Начальник службы безопасности банка.

— Ну и где наши ребята? — спросил его Криницын.

— Ваши ребята? — непонимающе уставился на него Ганкин. — О чем это вы?

— Не надо, Альберт, — покачал головой Чертков. — Они все знают…

— А-а, это вы про моих гостей? — как будто вспомнил Ганкин. — Так они ушли…

— Скажи, что ты их отпустил, — ухмыльнулся Криницын.

— Нет, они сами ушли… Плохие парни.