Брат, вспомни все!

Рецепт Клеопатры… Ты про Виагру слышал?

— Слышал, но не видел… Я разве похож на импотента?

— Нет, что ты. Ты просто зверь. Но ты выдохся. А это вино вернет тебе силы. Виагра по сравнению с ним просто тьфу!..

Матвею хотелось в это верить. Борьба с Настей закончилась не в его пользу. Ей хотелось продолжения, а он был не в состоянии удовлетворять ее дальше. Стебель завял. И было бы очень хорошо, если бы это вино подняло его настроение…

Вино было вкусное.

— Класс! — восхищенно протянул он, возвращая Насте бокал. — Можно еще?

— Смотри, оно очень пьяное, — предупредила она.

— Да ну, и не такое видали…"

"Зря он не послушал ее. После третьего бокала перед глазами пошли вдруг круги, голова сильно закружилась. Зато почувствовал, как восстало его знамя. Возбуждение усиливалось. В какой-то момент оно перескочило за критическую черту. Теперь он не просто хотел женщину. Он готов был на любое безумие, чтобы утолить дикую жажду секса.

— Ты готов? — будто бы издалека донесся до него голос Насти.

— Как пионер!..

Себя он слышал как бы со стороны. Но ничуть не удивился этому.

Настя опять оказалась под ним. Он снова вошел в нее. В голове все перемешалось. Глаза окутал туман. Он уже не видел Настю, но еще чувствовал под собой ее тело. Потом он совсем потерял ее. А вместе с ней он потерял ориентацию в пространстве и во времени.

Все, что происходило с ним, превратилось в какой-то безумный сон. Когда он пришел в себя, то ничего не смог из него вспомнить.

Он лежал все в той же комнате, все в той же постели. Горел свет. Настя сидела в кресле. Одежды на ней нет, но есть простыня — она наброшена на нее как туника. Ни дать ни взять царица Клеопатра. Высочайшая развратница!..

Матвей не знал, сколько сейчас времени. Но понимал — уже поздно. За окнами было темно. Ночь.

— Ты меня утомил, — лукаво улыбнулась ему Настя.

Он чувствовал себя неважно. Кружилась голова, сознание неясное. И тело ломит. Как во время гриппа. И еще болит все внутри. Во рту какой-то мерзкий привкус. Будто кто-то протухшую тряпку в нем держал.

— Ты не человек. Ты — чудовище!.. Ты натурально изнасиловал меня!.. Может, мне в милицию сообщить?

— Что ты сказала?! — ужаснулся Матвей. — В милицию?!

Это ловушка. Настя подставила его. Никакая она не жена «нового русского». Она самая обыкновенная шалава. Шантажом решила подзаработать…

— Да расслабься, — усмехнулась она, — я пошутила… Что я, дура?.. Ты удовлетворил меня на месяц вперед, а я на тебя в милицию? Да я молиться на тебя должна…

Матвей облегченно вздохнул. Настя всего лишь шутит.

— Это жуть какая-то, что ты вытворял! — засмеялась она. — Говорила же тебе, не пей много вина…

— А что я делал?

Да, он занимался с ней сексом.