Вскрытие показало…

Затем игриво: «Желаю вам приятно провести вечер».

Тишина. Пленка моталась дальше.

В распечатке адрес темнокожей жертвы стоял прямо под ее именем «Сесиль Тайлер».

И вдруг я все поняла. «О господи! Господи боже мой», — шептала я, ощущая внезапную резь в животе.

Бренда Степп позвонила в полицию, когда попала в аварию. Лори Петерсен, по словам ее мужа, позвонила в полицию, когда приняла кошку, катавшую консервную банку, за нечто гораздо более опасное. Эбби Тернбулл позвонила в полицию, когда ей на хвост сел черный «ягуар». Сесиль Тайлер позвонила в полицию по ошибке — просто перепутала номер.

Она набрала «911» вместо «411».

Черт, она просто перепутала цифры!"

"Четыре женщины из пяти. Все звонки поступали из их домов. Адрес каждой женщины тут же появлялся на экране компьютера. Оператор, видя, что дом записан на имя женщины, делал вывод, что она живет одна.

Я бросилась в кухню. Не знаю, почему именно туда — ведь телефон был и в кабинете.

Как в тумане, я набрала номер отдела расследований.

Марино на работе не было.

— Пожалуйста, дайте мне домашний телефон сержанта Марино.

— Сожалею, мэм, но мы не уполномочены давать такую информацию.

— Плевала я на ваши полномочия! Это доктор Скарпетта, главный судмедэксперт! Дайте мне этот чертов телефон!

Дежурный не ожидал такого выпада. Он рассыпался в извинениях, а затем продиктовал номер.

«Слава богу», — успела я подумать, услышав в трубке голос Марино.

— Очуметь! — отреагировал доблестный сержант на мою почти бессвязную тираду. — Я за этим прослежу, док.

— А вам не кажется, что надо сейчас же ехать в управление и взять этого мерзавца на месте, в диспетчерской? — Мой голос сорвался на визг.

— Что он там говорил? А по голосу вы его не узнали?

— Нет, конечно.

— Что конкретно он сказал этой Тайлер?

— Я дам вам послушать. — Я метнулась в кабинет, взяла трубку, включила магнитофон и поднесла наушники к телефону.

— Узнаете?

Марино не отвечал.

— Сержант, вы куда пропали?

— Да тут я. Остыньте малость, док. Трудный денек выдался, верно? Оставьте это дело полиции. Я лично прослежу.

Послышались короткие гудки.

Я сидела, тупо глядя на телефонную трубку, которую все еще держала в руке. Я не шелохнулась до тех пор, пока гудки не сменил механический голос: «Если вы хотите позвонить, пожалуйста, повесьте трубку и попробуйте еще раз…»

Я проверила входную дверь, убедилась в том, что сигнализация включена, и пошла наверх. Моя спальня была в конце коридора и окнами выходила в парк. Над чернильно-черной травой вспыхивали светлячки, и я поспешно опустила жалюзи.

Берта вбила себе в голову, что солнечный свет непременно должен проникать в комнату, даже если там никого нет. «От него, доктор Скарпетта, погибают микробы».

«А заодно выцветают ковры и обои», — обычно парировала я.