Вскрытие показало…

И полиция, и политики будут перекладывать ответственность на подведомственные организации, пока не дойдут до самой низшей ступеньки…

— И не окажутся прямо в отделе судмедэкспертизы, — с горечью продолжила я и тут же подумала о Кэгни.

Интересно, а с ним такое могло бы произойти?

Вопрос был чисто риторический — я поспешила озвучить ответ:

— Не могу отделаться от мысли, что я — легкая мишень лишь потому, что я женщина.

— Ты — женщина в мире, которым правят мужчины, — ответил Фортосис. — Ты будешь считаться легкой мишенью до тех пор, пока все эти крутые парни не поймут, что у тебя есть зубы. А они у тебя есть. — Он улыбнулся. — Так покажи их!

— Каким образом?

Вместо ответа Фортосис спросил:

— Есть среди твоих подчиненных человек, которому ты полностью доверяешь?

— Все мои сотрудники — люди надежные…

Фортосис замахал руками:

— Кей, я говорю о доверии. Ты доверяешь кому-нибудь так, как самой себе? Например, своему системному администратору?

— Маргарет никогда меня не подводила, — поколебавшись, произнесла я. — Но чтобы доверять ей как самой себе? Пожалуй, нет. Я совсем не знаю, что она за человек, — ведь мы общаемся только по работе.

— Так вот, повторю: твоя безопасность — твоя лучшая защита. И постарайся выяснить, кто влез в компьютер. Не исключено, что у тебя не получится. Но если есть хоть малейший шанс, его нужно использовать. Задействуй специалиста, которому доверяешь. И ни в коем случае не проси помощи у случайных людей — они могут проболтаться.

— У меня нет таких друзей, — возразила я. — А если я даже и узнаю, кто взломал базу данных, что хорошего? Если это журналист, не думаю, что, выяснив его личность, я решу свои проблемы.

— Конечно, гарантии нет никакой. И все же я на твоем месте попытался бы.

Интересно, почему это Фортосис меня к этому подталкивает? Меня не оставляла мысль, что у него уже появились собственные подозрения.

— Если мне станут звонить по поводу последних убийств, я все это буду иметь в виду, Кей, — обещал он. — Если на меня надавят, чтобы я снова высказался насчет связи активности преступника и шумихи в прессе, буду молчать как рыба. Не хочу, чтобы меня использовали. Но и лгать я тоже не смогу. Дело в том, что у маньяка несколько необычная реакция на шумиху, другими словами, его модус операнди.

Я внимательно слушала.

— На самом деле далеко не всем серийным убийцам нравится читать в газетах о своих преступлениях. Однако обыватели склонны думать, что каждому маньяку необходима известность, ощущение собственной значимости. Что преступления совершаются ради славы. Да, именно по такому принципу действовал Хинкли: выстрелил в президента — и стал героем.