Вся Агата Кристи в трех томах. Том 2. Вся Мисс Марпл

Люси высказалась в том смысле, что это и есть большей частью то, что людям требуется.

— Знаете, — продолжала извиняющимся тоном Эмма Кракенторп, — многие, судя по всему, считают, что достаточно кое-где смахнуть пыль, и этим их обязанности исчерпываются, но вытереть пыль я и сама могу.

— Я понимаю, — сказала Люси. — Нужно готовить, стирать, содержать дом в порядке, загружать топку в бойлерной. Не беспокойтесь. Этим я и занимаюсь. Я не боюсь никакой работы.

— Дом у нас, к сожалению, большой и неудобный. Мы, понятно, используем только часть жилых помещений — то есть мы с отцом, я хочу сказать. У него не слишком благополучно со здоровьем. Образ жизни мы ведем крайне скромный, на кухне пользуемся обычной плитой. У меня есть еще братья, но они здесь бывают не часто. Есть две приходящие женщины: по утрам приходит миссис Киддер и три раза в неделю — миссис Харт, чистить медь и тому подобное. У вас что, своя машина?

— Да. Если некуда ставить, может побыть и под открытым небом. Ей не привыкать.

— Что вы, кругом тьма старых конюшен. С этим проблем не будет. — Она на мгновение нахмурилась. — Айлзбарроу — довольно необычная фамилия. Мне кто-то из друзей — не Кеннеди ли? — рассказывал про некую Люси Айлзбарроу.

— Да. Я у них работала в Северном Девоне, когда миссис Кеннеди рожала.

Эмма Кракенторп улыбнулась.

— Я знаю по их словам, какое для них наступило блаженное время, когда вы там всем заправляли. Но у меня составилось впечатление, что ваши услуги стоят страшно дорого. Та цифра, которую называла я…

— Меня вполне устраивает, — сказала Люси. — Дело в том, что мне нужно место как раз где-нибудь под Бракемптоном. У меня здесь старушка тетка в тяжелом состоянии после болезни, и я хочу быть там, откуда до нее легко добраться. Так что деньги в данном случае не главное соображение. Хотя не работать вовсе я не могу себе позволить. Мне только важно иметь днем какие-то свободные часы.

— Это пожалуйста! Хотите, каждый день от полудня до шести?

— По-моему, идеально.

Мисс Кракенторп слегка замялась.

— Мой отец старый человек и с ним бывает… трудновато. Он придает большое значение бережливости и может подчас сказать такое, что люди обижаются. Мне не хотелось бы…

Люси поспешно вставила:

— Я привыкла иметь дело с пожилыми людьми, притом самого разного склада. И мне всегда удается прекрасно с ними ладить.

Лицо Эммы Кракенторп прояснилось.

«Сложности с папенькой! — заключила мысленно Люси. — Ручаюсь, что старичок — сатрап и деспот»."

"Ей отвели большую мрачную комнату, которую изо всех своих силенок тщетно старался обогреть маленький электрокамин, потом водили по всему дому, огромному и нескладному.