Всё, что нас связывает

— Даже для тебя, идиотина, это низко, — сказал Ян, потом подошел и отодвинул меня в сторону. Я почувствовал тепло его тела и понял, как холодно в доме.

— Увидимся позже, Брент, — соврал я, обходя незваного гостя и доставая из холодильника нежирные сливки — мне не понравился вкус черного кофе, что приготовил Ян. — Береги себя.

— Господи, Миро, прости, что сделал тебе больно. Я понятия не имел, что ты принял все так близко к сердцу.

— Убирайся, — потребовал Ян. — Ты увидел Миро. Теперь можешь подрочить на его светлый образ. Но больше тебе ничего не светит.

— Нужно было раньше выбить из тебя дерьмо, — прорычал Брент на моего напарника.

Наливая себе сливки, я издевательски хмыкнул и выдвинул ящик в поисках ложки.

Через пару секунд Брент ушел, и Ян громко захлопнул за ним дверь.

— Что я тебе говорил насчет открывания двери незнакомцам?

В ответ я тихо рассмеялся. Ян вернулся на кухню и принялся потягивать свой кофе, прислонившись к кухонной стойке.

— Ты прав. Обещаю быть более бдительным.

— И не трахайся с этим парнем, что бы ни случилось.

— Нет. Посмотри на меня.

Я посмотрел на Яна со всем вниманием.

— Серьезно. Он не стоит твоего времени.

Напарник уставился на меня в ответ, и мы замолчали, пока Ян не пробормотал что-то невнятное.

— Я сказал, что ты должен меня слушаться.

Я собирался уже ответить, но тут на журнальном столике в гостиной зазвонил телефон Яна. Он подошел и ответил после пятого звонка. Я принялся за ним наблюдать. Напарник выпрямил спину и весь подтянулся, будто ожидал что-то услышать, похоже, приказы. Сложив все пазлы в одну картину, я понял все еще до того, как он закончил звонок и широким шагом направился в мою сторону.

— Не смогу быть с тобой сегодня на сопровождении. Мне нужно уехать.

— Что значит «уехать»?

— То и значит. Уехать.

Ян подошел и уперся рукой в столешницу рядом со мной.

Прочистив горло, он сказал:

— Не можешь или не хочешь? — надавил я.

— Не могу, — с трудом выдал он.

Я быстро перевел дыхание.

— Ладно. Значит, ты отправляешься бог знает куда делать бог знает что.

Вероятность подобного всегда существовала.

Ян хоть и был федеральным маршалом США, но состоял в индивидуальном резерве первой очереди, так что военному руководству только и требовалось позвонить и сказать: «Для вас есть задание. Собирайтесь», и напарник уже стоял на пороге.

Офицеры всегда подчинялись распоряжениям президента, поэтому армии не нужно было оформлять отдельный контракт, чтобы вернуть Яна обратно. Обычно маршалам звонили и говорили: «Мы его забираем, вернем позже», сообщали — если, конечно, считали нужным — сколько продлится задание, плюсовали тридцать дней для отчетов, «разбора полетов» и отпуск. Все сводилось к одному: когда звонили, Ян уходил.