Всерьез (ЛП)

Куда лучше поющий — непринужденный тенор от человека, у которого вообще-то есть слух и вокальные данные. Джаспер, прислонившийся спиной к арке, которая ведет к крытой галерее, с бокалом вина в одной руке и сигаретой в другой.

Мы с Лори врезаемся друг в друга. И оба таращимся на Джаспера. А он непринужденно так дает отмашку рукой — мол, продолжайте — словно это абсолютно нормальное зрелище.

Так что мы снова кладем друг на друга руки. Я веду, Лори следует, а Джаспер поет, и нас освещает луна, и мы танцуем и танцуем, пока не начинаем летать, а мое сердце до того надзиньканное, что вообще просто.

Глава 9. Лори

Он не вернулся.

Сперва я подумал, что просто опаздывает, потом — что сам перепутал день недели, пока не осознал, что Тоби точно не будет. Я сказал себе, что это его право, что так, наверное, даже лучше. И с ума сходил.

Неужели я правда настолько плохо танцую?

Но он же признался, что любит меня. Такое не говорят человеку только затем, чтобы после… Господи. Только не опять. Только не опять, господи.

Прошла всего пара часов, но в доме внезапно оказалось полно пустых комнат, а я места себе не находил. Просто не мог больше здесь сидеть, но и уйти не решался на случай, если Тоби все же появится. Постоянно слышалась трель дверного звонка. Тоби ввалится через порог прямо мне в руки, как и всегда, и расскажет какую-то историю, ошибку, недоразумение, и мы над этим посмеемся, и я почувствую себя рассерженным дураком, но прощу его. Прощу, потому что я все был готов отдать, лишь бы почувствовать себя рассерженным дураком.

А не брошенным. И потерявшим все.

И опять-таки дураком за то, что позволил такому случиться. Что всю дорогу знал, что будет именно так или как-то очень похоже, а все равно полностью себя перед ним оголил. Это даже мазохизмом не назовешь. Просто неспособностью учиться на своих ошибках.

Тоби назвал бы надеждой.

Я все прокручивал в голове события прошлых выходных в маниакальном поиске намека на случившееся — хоть какого-то намека, который точно не мог не быть. Того момента, когда все пошло не так, а я и не заметил. Но ничего не находилось. Мы были счастливы. Разве нет? Гуляли по золотистым улицам, держась за руки. Если у кого-то и возникало желание смотреть на нас косо, то у меня не возникало желания по этому поводу переживать. А вот у Тоби, возможно?..

В воскресенье я позвонил Грейс. И хотя и не просил, она все равно пришла и разделила со мной мои бесплодные бдения. А значит, я не мог расплакаться. Она бы не осудила, но мне никогда не нравилось лить слезы у кого-то на глазах. По крайней мере, без оправдательного сексуального подтекста у мучений.

Я постарался объяснить, что произошло, но не смог, потому что и сам не понимал. Был только сам факт того, что Тоби так и не пришел.