Наперекор всему (СИ)

Ладно, завтра разберемся.

Глеб попрощался со Славой и задумчиво уставился в потолок. Странно, что может быть от Глеба нужно этому писаке? И откуда информация про Израиль? Впрочем, эти проныры-журналисты всегда все знают, работа такая. Хоть бы информация про посещение «Шумеда» не всплыла. Афишировать собственные болячки Глеб совершенно не планировал.

Некоторое время Немов лежал, припоминая песни на стихи Чолакяна и прикидывая, какую из них спеть завтра на концерте. С голосом по-прежнему были проблемы, но и песни Чолакяна — не арии князя Игоря или Фиеско. Как-нибудь споет, на честном слове и на одном крыле. Остановившись на «Свете родного очага», Глеб поднялся и пошел в гардеробную — выбирать назавтра подходящий костюм. Проходя мимо зеркала, заглянул в него и решил, что не мешало бы сегодня помыть голову с оттеночным шампунем — седина, которая раньше казалась ему импозантной, теперь раздражала. Хотелось взбодриться, встряхнуться, хотя бы визуально помолодеть. Да и маску какую-нибудь омолаживающую можно у Ирмы позаимствовать!

- Что с тобой? — удивился Троянов, когда Глеб с шумом плюхнулся на заднее сидение.

По просьбе Глеба Игорь с утра пораньше заехал сначала за Вячеславом Давыдовичем, а потом и за ним.

- Я думал, ты у нас болезный, договорился, чтобы тебя сегодня первым в концерте выпустили. А ты носишься, как будто за тобой черти гонятся.

- Почти, — хмыкнул Немов, с трудом переводя дыхание. — Ирма достала, спасу нет! Вчера вечером как началось: что ты хочешь покушать, не болит ли шов, лежать удобно, зачем ты встал, расскажи, как все прошло, и так без остановки! А мне надоела уже эта забота! Я не инвалид, вполне в состоянии сам себя обслужить. Так нет, она мне даже встать не дает! А утром, когда узнала, что я еду на работу, вообще скандал начался. По ее мнению, я должен еще минимум месяц дома проваляться. А потом еще месяц в санатории. Ага, а сцена меня ждать будет, видимо.

- Хм, ну я так понял, про здоровье спрашивать не стоит, — усмехнулся Вячеслав Давыдович.

- Даже не пытайся! Я в порядке. Выгляжу хреново, да?

Глеб Васильевич вздохнул с облегчением. Хоть Славик не будет жалеть, и то хорошо. Его цинизм сейчас как никогда кстати.

Как же приятно снова оказаться в рабочей обстановке! Телефоны звонят, бумажек на столе куча — вот приглашение на корпоратив, условия прислали, вот стихи очередного юного дарования, мечтающего продать Немову свою песню, вот клавиры новых оркестровок для юбилея. Глеб с огромным удовольствием закопался в бумажках. Потом с не меньшим удовольствием выпил приготовленный секретаршей кофе и ушел в дальнюю комнату, порепетировать вечернее выступление, а заодно и распеться. Там его и нашла секретарша с телефоном в руке:

- Горнов звонит. Вы сказали, сразу соединить.