Мигуми. По ту сторону Вселенной

Затем, чтобы утомить себя, уперевшись руками в пол, принялась отжиматься. Где-то после пятидесяти отжиманий я потеряла счет и просто методично продолжала делать упражнения. В свое время это немного помогало одолеть бессонницу, главное, утомить себя до состояния «упал-уснул». Но в этот раз что-то ничего не выходило.

— Селена! — полетел до меня не очень тихий шепот. — Ты что делаешь?

Я не ответила, сам выгнал вот и нечего теперь ко мне лезть. В душу тихо прокрадывался холод.

— Селена, — в голосе аррафата прорезалось осуждение, — сейчас же прекрати и ложись спать.

«Ага, сейчас! Слушаюсь и повинуюсь», — мысленно огрызнулась я, но вслух не произнесла ни слова.

Где-то на подсознании до меня уже стало доходить, что я все же перегнула палку с обидой, и выставили меня вон из отсека, а не выпихнули в открытый космос полетать. Но вот беда, обижаться я могла, а вот прощать не научилась. И теперь сама мысль снова поверить этому мужчине и простить его за грубые слова, казалась мне кощунственной.

— Ты похожа на маленького орзара, такая же пугливая и колючая. Стоит приблизиться на шаг, как ты сворачиваешься клубочком и выпускаешь длинные иглы, — донеслось до меня из темноты.

Повернув голову, я сквозь красную энергетическую решетку различила силуэт аррафата. Он стоял в соседнем отсеке и, прислонившись плечом к косяку, наблюдал за мной. Его оранжевые глаза пылали в темноте завораживающим огоньком. Не желая и дальше радовать его глаз своей ночной тренировкой, завались на койку, немного охнув от того, что ударила колено о «мягкий лежак».

— Селена, девочка моя, — ласково протянул он, — я голоден. Завтра либо пришлют мяса, либо я его добуду себе сам. Но рядом со мной тебе сейчас не стоит находиться, я плохо себя контролирую.

Прикусив нижнюю губу, я обдумывала его слова. Не знаю, что творилось со мной, будто внутри меня в голове все перевернулось и все невидимые краны сорвало.

Раз в полгода нам делали «прививки от эмоций», так мы в шутку называли эти уколы. Успокоительный препарат, который действовал на нервную систему, угнетая ненужные чувства, делая нас спокойными и уравновешенными. Именно в этих прививках и заключался весь секрет невозмутимого легендарного хладнокровия мигуми. Сейчас я пыталась вспомнить, когда мне делали эту инъекцию последний раз, и по всему выходило, что давно. Она не действовала более. Именно поэтому на меня обрушилось столько эмоций и чувств, сколько я за всю жизнь не ощущала.

— Селена, ответь мне, — голос Сферра стал настойчивее и жестче, он больше не шептал. — Что с тобой? Поговори со мной!

Я не хотела. Обида была так сильна.

— Девочка моя, — ласково позвал меня Сферр, — я о тебе беспокоюсь. Поговори со мной.