Мигуми. По ту сторону Вселенной

Мой подопечный тут же приоткрыл рот и жадно сглотнул. Он ел охотно и довольно бодро.

— Вот и молодец, — я легко погладила его по гладкой щеке. — Кушай медленнее, никто у тебя ничего не отберет.

Мужчина оказался странным и действительно похожим на человека. Чуть вытянутое лицо. Нос с небольшой горбинкой. Четко очерченные тонкие брови, и чувственные губы. Не похож он был на воина. Утонченный и красивый. Не удержавшись, я погладила его по подбородку. Смуглая кожа оказалась бархатистой и очень теплой. Волосы густой массой обрамляли его лицо. Черные, с каким-то невообразимым фиолетовым отливом, шикарные и длинные. С одной стороны лица у него были заплетены две косички толщиной с мой большой палец каждая. От неприличного разглядывания мужчины, меня отвлек цедящий звук. Содержимое пакета подошло к концу, а мой невольный пациент пытался выбрать из него все без остатка.

— Тихо. Пока тебе хватит. Я же не знаю, сколько ты так лежишь. Слишком много еды сразу может навредить. Я позабочусь о тебе, пока ты не поправишься, — потом хмыкнула сама себе, нашла, что обещать, дурная голова. — Ну, или пока меня не убьют. Да, — согласилась я с самой собой. — Я позабочусь о тебе, пока жива, а дальше ты как-нибудь сам.

Не удержавшись, я снова погладила его по волосам, как маленького мальчика. Словно, шелк между пальцами пропускала. До меня донесся слабый аромат лимона. Удивительно приятный запах и принадлежал он этому мужчине. Беспомощный, он в данный момент казался таким ранимым. А еще невероятно красивым и почему-то родным. За свою жизнь я сталкивалась со множеством мужиков, некоторые мне нравились, некоторые казались красавцами. Были и сильные, и утонченные. Но еще никогда при виде кого-то из них мое сердце не заходилось в бешеном ритме. Никого из них я не желала коснуться. А вот сейчас любуюсь инопланетянином и наслаждаюсь теплом его кожи, а сердце мое грохочет так, словно, выпрыгнуть из груди решилось.

Он снова застонал, протяжно и глухо. Мне захотелось расплакаться от бессилия. Его лицо исказила гримаса муки. Чуть выступающие над верхней губой клыки сильно прикусили нижнюю, выступило несколько капелек крови.

— Не надо, ты ранишь себя. Перестань. У меня есть хорошее лекарство и еще обезболивающее, — вспомнила я, и моя рука метнулась к карману штанов и нащупала коробочку с медикаментами. — Мне его, от щедрот души своей, ахунт оставил. Он серьезно полагал, что я тут продержаться смогу до игр каких-то. Наивный. Меня тут очень быстро сожрут и никакое лекарство не поможет. Если тут здоровых мужиков рвут на ленточки, куда уж мне, женщине. Мы тебе укольчик сделаем, и тогда боль уйдет, а ты поправишься. Тебе станет легче, — я еще раз провела ладонью по волосам мужчины. — Меня хаониты не спасут. А тебя очень даже.