Мигуми. По ту сторону Вселенной

— А ты любишь цветы? — в глазах моего мужчины горело любопытство.

— Конечно, — отозвалась я, — как их можно не любить. Всегда мечтала завести хоть один в горшочке.

— А почему не сделала этого? — казалось бы, задал простой вопрос, а как сложно объяснить.

— Меня часто не было дома. У меня нет личных вещей. Только три комплекта формы. За цветком нужен уход, нужен полив. Да и каждый раз, уезжая, я не знала, когда вернусь и вернусь ли вообще. Кто бы о нем заботился? Он погиб бы. А если бы я погибла, так и вовсе на помойку с остальными малочисленными вещами выкинули бы. Живое существо, будь то цветок или животное, оно в заботе нуждается, — как могла, объяснила я.

— У тебя будет много цветов, я обещаю, — сказано это было так буднично, словно мы не на смертельно опасной планете, а в парке на прогулке.

— Ты так уверен, что я останусь жива? — мне очень хотелось услышать его ответ.

— Более чем, — спокойно произнес он, — даже, если со мной что произойдет, здесь есть те, кто за тобой присмотрят, главное пройти пирамиду. Но и останься ты в полном одиночестве, все равно справишься. Ты, девочка моя, очень сильная и храбрая.

Глава 11

С цветами я оказалась права. Мы быстро их миновали, не задевая бутончики. И уже через час оказались в пирамиде. Вернее в какой-то камере с решеткой с видом на улицу. Прибыли мы одни из первых. Остальные приползли, пришагали, притащились уже после нас. Поэтому нам хорошо было видно выживших нелюдей. В основном это были богомолы, похожие на дикобразов хараки, жабоподобные краххи, змейки тоже соизволили явиться живыми и здоровыми. Увидела я и ящероподобных инопланетных тварей явно не из нашего трюма. Ближе к закату проскочили и вовсе неописуемые создания, условно названые мною кузнечиками, из-за строения их нижних конечностей.

Как только местное светило погасло, поляну перед камерами, буквально вмонтированными в основание пирамиды, осветили два спутника. Их ровный нежно-розовый свет безумно красиво отражался от верхушек деревьев, делая это место менее пугающим. Картину портили лишь далекие и не очень безумные крики умирающих, тех, кто не успел добраться до пирамиды до заката.

Вымотанная за целый день я сидела у решетки и пыталась уснуть. Напротив меня, устроившись рядом, арах что-то обсуждал со Сферром. Говорили они совсем тихо, видимо, чтобы не мешать мне отдыхать. Из-под опущенных ресниц я наблюдала за мужчинами. Было в них что-то объединяющее, схожее в поведении. Какая-то военная выправка, что ли. И то, как обстоятельно они подходят к каждому вопросу, как жестоко сворачивают головы зубастым тварям и жестко себя ведут с другими игроками. Они чувствуют себя здесь уверено. Мы слишком легко прошли лес. Они точно знали и о реке, и о цветочках.