Мужья для ведьмы, или Покажите мне всех!

Давай я лучше мясо пожарю? Хочешь жареный хлеб с ветчиной?

— Ну давай, — уловив неуверенность в его словах, Дара не стала дожимать оборотня и позволила натянуть одежду на голые ноги и зад. — Расскажешь мне что-нибудь?

— Давай лучше покажу.

Опустив кусочки мягкой лепешки и приличный шмат мяса на самодельную решетку, Коул облизнул пальцы и чуть ли не наутек бросился в темноту, скрываясь от любопытных глаз.

Приблизившись, пантера не удержался и вдохнул сладкий запах, идущий от пары. Она пахла так упоительно, что в душе расцветал вишневый сад, заполняя воздух розовыми лепестками.

Но больше всего пантеру радовало не это.

Он чувствовал девушку как никогда остро. Ловил ее эмоции, переваривал их, анализировал. И с той самой минуты, как он спер ее у всех из-под носа, утаскивая на берег, она ни на секунду не подумала о нем плохо. Все в ее мыслях было спокойным, радостным и теплым, словно солнышко, к которому можно приложить руки. Не было неловкости, отвращения и холода, только странное единение, связывающее ее и Коула тонкой красной нитью.

— Открывай, — гордый собой, пантера положил перед девушкой свой подарок и замер в ожидании реакции.

Передо мной лежала целая гора раковин разных форм и размеров. От них немного пахло сыростью. Судя по бахроме на краях — вскрывали их совсем недавно.

— Интересно, — промямлила я себе под нос, размышляя о том, как нужно отреагировать на столь неоднозначное подношение.

— Открывай скорее, — нетерпеливо придвинувшись, Коул вновь сел, разведя подогнутые колени в стороны и с любопытством глядя на меня.

Послушно потянувшись к первой попавшейся раковине, я легко смогла ее разомкнуть, обнаруживая внутри только природный перламутр.

— Значит, открывай следующую, — с самым гордым видом кот уверенно кивнул, нетерпеливо прикусывая губы.

Вскрывая метафорические сундучки один за другим, я начинала все больше волноваться, не обнаруживая в них ничего, кроме чистейших стенок и легкого мерцания от огоньков над головой.

Когда от горки осталось лишь три штучки, пантера едва ногти не грыз, безумно гордясь своей задумкой, пока я, поддавшись азарту, трепала неповинные раковины.

Вновь пустая. Осталось только две.

Не слушая внутренний голос, схватила ту, что была левее, сразу же ощутив ладонью, что вес у нее куда приличнее, чем у всех предыдущих. Покачав трофей в ладони, улыбнулась, взглянув на кота, который понял, что его сокровища обнаружены.

— Я сам нырял за всеми этими раковинами, — тихо проговорил он, пока я медлила, открывая створку. — Даже в уши вода затекла.

— Святая Орана… — обомлев, прошептала я, не в силах закрыть рот от удивления.

Внутри, казалось бы, самой маленькой из всех раковин, лежали жемчужные бусы.