Всегда Ты

И это офигенный тумак от Фортуны, с учётом того, что она в принципе не сильно меня баловала.

Теперь мне понятно, что он, и правда, ни разу обо мне и не вспомнил, как только закрылась дверь. И, хоть объективно он мне ровным счётом ничего не должен, в моей душе поселилась ОБИДА и ЗЛОСТЬ, а это глупо, ведь на обиженных возят воду, как сообщает народная мудрость.

Запнувшись о чью-то ногу, начинаю крениться на бок под тяжестью своих гирь. Благов тут же подхватывается. Выбрасывает вперёд руки и ловит ладонями мою талию.

— Ааай… — пищу я, роняя пакеты и впечатываясь лицом в его грудь.

Цепляюсь за его футболку и против воли вдыхаю запах трикотажной ткани и Благова. С шоком и ужасом обнаруживаю, что он пахнет совершенно также! Немного дезодоранта, немного свежевыстиранной одежды, немного Паши.

Вот…чёрт…

Благов быстро садится на своё место, стащив с моего плеча сумку с ноутбуком, а я оказываюсь стоящей между его ног. Он тут же возвращает руку мне на талию, крепко её сжимая.

Упираюсь руками в каменные плечи и бормочу, выкручиваясь из его хватки:

— Я сама…отпусти…

Из-за козырька бейсболки мне не видно его лица, но большие тёплые ладони касаются голых участков моего живота, который находится прямо на уровне его лица. Большие пальцы его ладоней встретились в районе пупка, прямо под узлом футболки.

Он и раньше мог мою талию руками обхватить. В этом плане тоже ничего не изменилось.

От его близости меня тряхнуло, и колени немного ослабли.

— Отпусти… — сипловато повторяю я, надавливая на его плечи.

Паша резко вскидывает голову и смотрит на меня пристально. Его загорелое лицо сегодня выглядит ещё жёстче, чем в полумраке паба. Так и хочется коснуться гладковыбритой скуластой щеки.

Прячу глаза, которые некстати падают на причудливую татуировку, обступающую его бицепс до самого локтя.

"

"Не отдавая отчёта своим действиям, приподнимаю пальчиками край рукава футболки, чтобы увидеть больше. Очерчиваю этнический узор большим пальцем, внимательно его рассматривая. Кажется, это что-то Полинезийское…такая татуировка должна накрывать его грудную мышцу, как у Скалы Джонсона…

Перевожу взгляд на его крепкую шею, по которой тоже стелится узор…

Кусаю губу, представляя подобный узор на его груди. Она у него рельефная, твёрдая и безволосая…

Моё коматозное либидо вдруг приподнимает голову, запуская характерные реакции. Соски напрягаются, а низ живота тяжелеет…

О нееет…только не с ним…

Сглатываю, наблюдая за тем, как рука Паши покрывается мурашками под моими пальцами. Медленно поднимаю на него глаза, приоткрыв губы, и натыкаюсь на недобрый гневный взгляд.

Отдёргиваю руку, а Паша вдруг резко подаётся вперёд и, слегка приподняв меня, усаживает на соседнее кресло.