Всегда лишь ты

Я от этой новости аж привстаю.

– То есть? – широко распахиваю глаза от удивления.

– То и есть, Роуз, – жмёт плечом и понуро опускает голову.

На него больно смотреть. Видно, что парень очень переживает.

– Вернула кольцо и сказала, что не собирается ждать меня вечность, – горько усмехается Кид, привычным жестом потирая переносицу. – Вот как считаешь, мелкая, это нормально? Я всего лишь попросил её передвинуть свадьбу на следующее лето. Мать болеет, какие уж тут могут быть праздники?

Молчу. Для меня вот такая реакция его драгоценной Эм вполне ожидаема. Вообще не удивлена. Эта девушка априори всегда думала исключительно о себе. И да, загнать Кидмана под каблук у неё получилось, что уж там!

– Меня перемкнуло, знаешь, – неожиданно признаётся он. – Я говорю ей о том, что собираюсь навестить мать, а она в этот момент интересуется тем, устраивает ли меня пыльно-розовый цвет салфеток. Салфеток, Роуз!

– Прости, Кид, но твоя Эм никогда не вызывала у меня тёплых чувств. Она эгоистка, так что… – растерянно жму плечом.

Кивает. Хочется поддержать его, но нужные слова почему-то на ум не идут. Ведь что не говори – дыру в груди это не залечит.

Думаю, что разрыв с этой пигалицей изрядно пошатнул его психоэмоциональное состояние. Вот ведь стерва! Итак вдоволь попила его кровушки, а теперь такое устроила. Кольцо вернула… И с этим человеком он хотел устраивать свою жизнь?

– Ладно, неважно всё это… Не хочу грузить тебя. Когда там мне скрещивать пальцы за будущую чемпионку? – подмигивает, мастерски меняя тему.

В этом весь Кидман. Изливать душу и плакаться в жилетку – совсем не про него. Он будет терзать себя тяжёлыми мыслями в одиночестве.

– Чемпионат уже послезавтра.

Внезапно начавшийся дождь заставляет меня покинуть лавочку и вернуться под крышу гостиницы.

– Отлично. Я буду болеть за тебя, молочный ломтик. Надери им всем зад!

Я вдруг ощущаю острую тоску по дому и по нему. Противное ноющее чувство в груди напоминает о себе периодически. Накатывает волнами...

Вот и сейчас, желание оказаться в родном Блу Бэй настолько сильно, что реветь хочется. Год прошёл, а я всё никак не могу привыкнуть к жизни во Флориде. А должна бы.

Смотрит на меня несколько мучительно долгих секунд и отключается. Я же неожиданно для себя самой начинаю плакать. И остановиться никак не могу… Слёзы всё льются и льются. Нескончаемые. Накатило…

– А я и думаю, кто это тут стоит и сопли на кулак наматывает? – слышу голос тренера за своей спиной.

Шмыгаю носом и спешно вытираю щёки.

– Оставляем за порогом зала, – заканчиваю я за него, пытаясь успокоиться.

– Вот и умница, – одобрительно качает головой. –  Я очень рассчитываю на твой внутренний стержень. Жду завтра ровно в шесть утра. Соберись, Онил! Я здорово рискую, подавая заявку с твоей фамилией.