Всегда лишь ты

– Джен… – ласкает губами шею, пока я негнущимися пальцами расстёгиваю пуговицы на его рубашке.

– Сними его с меня, – командую дерзко.

Тяжело дыша, стаскивает с плеч лямки бюстгальтера.

– Скорее, – прошу, изнывая от жажды его прикосновений.

Одно короткое мгновение – и «девочки» ощущают долгожданную свободу. А в следующую секунду и его сильные руки.

– Оооох, – протяжно застонав от удовольствия, блаженно прикрываю глаза.

– ****ть, – по-своему выражает свой восторг он. – Чёрт, детка, какая же ты сексуальная!

Несдержанно сминает ноющую грудь, толкается в моё бедро напряжённым пахом, и я вообще теряю связь с реальностью.

– Пошли в постель, – тянет меня за руку.

На ощупь пробираемся из коридора в тёмную комнату. Включает ночник, ориентируясь так, будто уже здесь был.

– Хочу смотреть на тебя, – осторожно толкает на кровать и забирается наверх.

– Поцелуй, – требую капризно. – Немедленно.

Исполняет мою просьбу. Горячо целует пересохшие от предвкушения губы, а потом спускается ниже. Подбородок, шея, ключицы, грудь...

Она ему, похоже, особо приглянулась. Так увлекается со своими ласками, что я взрываюсь фейерверком наслаждения лишь от этого.

Дрожа от удовольствия, стыдливо прикрываю глаза.

– Слишком хорошо, – пищу в своё оправдание.

– Ты… всё, что ли? – не верит.

Его рука пробирается под резинку нижнего белья.

– Джен! Какая же ты мокрая!

Сдёргивает с меня трусы одним резким движением, но потом вдруг замирает в нерешительности. Наклоняется. Целует живот. Трепетно и нежно.

– А секс тебе не противопоказан? – уточняет боязливо.

– Он мне показан, иди уже сюда! – тяну к нему ручки и снимаю с него рубашку.

Мои пальчики исследуют его тело. Плечи. Грудь. Живот.

Снова не могу сдержать протяжное «о», когда мы соприкасаемся телами.

– Возьми меня! – совсем одурев, прошу бессовестно.

– Я так сильно хочу тебя, – раздвигая мои ноги, шепчет в самые губы. – Завтра же возвращаешься домой, поняла? Больше никуда не отпущу.

– Поняла-поняла, – соглашаюсь покорно. – Только почаще говори, что любишь.

А дальше мы проваливаемся в сладостную нирвану, где нас раз за разом затапливают волны долгожданного наслаждения…

Эмбер плачет, и он обнимает её, уткнувшись лбом в плечо.

Эта картина словно заточенное лезвие по сердцу.

Тихо прикрываю дверь. А собиралась ведь вмешаться в этот острый диалог. Хоть и не имею на это никакого права…

Потерянная опускаюсь на скамейку. Видеть их рядом непросто... И конкретно в этот момент я ощущаю себя лишней.

Страшные вопросы, и первый порыв – уйти. Бежать отсюда со всех ног, без оглядки. Спрятаться под одеялом в его холодной квартире и беспомощно проплакать до утра. Как она, обвиняя всех вокруг в том, что не счастлива.

От этой мысли становится нечем дышать. Словно лёгкие кипятком ошпарили.