Всегда лишь ты

Замолкаю, потому что в нашу сторону движется официантка с подносом.

– Давай уже, выкладывай, чем грызёшь себя.

Будто насквозь меня видит, ей Богу!

– Что если рождение ребёнка поспособствует их сближению?

Ну вот. Озвучила свой самый большой страх. Выдохни.

– Может и поспособствует, но не настолько, чтобы он снова сошёлся с ней.

– А вдруг? Картер ведь сам рос без отца. И вряд ли желает подобной участи своему сыну.

Подруга, поморщившись, отодвигает от себя тарелку с «Ривьерой». Чем-то он ей не понравился. Всего-то пару ложек съела…

– Давай думать о проблемах по мере их поступления. Не нагнетай.

– Просто я знаю, какой он, Джен. Этот малыш будет очень много для него значить.

– И если За@бини захочет… то сможет грамотно манипулировать сим инструментом. Ты это хотела сказать?

– Я хотела сказать, что её слова, пропитанные ненавистью и вызовом, имеют под собой почву. Она ведь и правда теперь… связана с ним навсегда.

– Ну и ладно, пусть так. Но это вовсе не значит, что он будет с ней.

– Хотелось бы и мне в это верить...

– Эй. Тут уже и от тебя будет зависеть. Сможешь ли ты принять вот это её постоянное присутствие в вашей жизни, – произносит она, глядя мне в глаза.

– Когда ты очень-очень хочешь счастья с любимым человеком, то многое готов принять...

Накануне я долго размышляла об этом в одиночестве.

– Нет, а мне интересно, сам Лерой, что говорит о вашем будущем? Я понимаю, что ему сейчас не до построения наполеоновских планов на жизнь, но всё-таки…

– Ничего не говорит, Джен, – признаюсь разочарованно.

И от этого на душе так тягостно и неспокойно.

– Ну так спроси напрямую.

– Боюсь, что его ответ может мне не понравиться…

– Значит, сама прояви инициативу. Очнись, Онил! На тебе его кольцо. Помолвочное, между прочим! Напомни, что там выгравировано с внутренней стороны? – обхватывает губами соломинку и улыбается.

– Там написано «всегда лишь ты», – смотрю на колечко и поглаживаю его пальцем.

– Ну вот! Это ли не ключ к вашему счастью? По-моему, всё предельно ясно. Ты любишь его, он любит тебя. И хватит вам уже мучиться по отдельности. Итак четыре года потеряли по собственной глупости.

– Кстати, Осмо сказал, что Поло уезжает в Нью-Йорк. Ты в курсе? – спрашивает, сбрасывая чей-то вызов.

Даже догадываюсь чей.

Видимо, Зак решился на это после нашего разговора, состоявшегося на днях.

– Он приходил ко мне домой позавчера.

– Серьёзно? Всё никак не успокоится?

– Сказал, что любит и по-прежнему намерен ждать. Обнял, начал целовать, а у меня… вот всё внутри против этого взбунтовалось! Оттолкнула. Попросила не прикасаться ко мне. Довольно грубо вышло… Ещё и кольцо на пальце заметил.

– Пока-пока! Скатертью дорожка, милый Зак!

– Онил, не обижайся, но ты ведь лучше меня знаешь, что он – ну совсем не герой твоего романа.