Бог всегда путешествует инкогнито

По мере того как я приближался к особняку, во мне нарастало дурное предчувствие, открывая путь сомнениям. Так ли уж мне надо прочесть то, что написано в блокноте? А что, если меня сразу схватят? Может, это чистое безумие: идти на такой риск? Страхи наперебой нашептывали мне, каждый свое: Дюбре что-то от меня скрывает, это ясно. Иначе зачем ему напускать столько тумана? Ведь он по натуре человек прямой и решительный. Почему бы сразу не ответить на мои вопросы? Мне надо все знать ради спокойствия душевного. И ради безопасности…

Я прибыл на место в двадцать один сорок семь, за тридцать минут до решающего момента, и устроился на скамейке на другой стороне улицы, положив пакет рядом. Квартал был пустынен. В середине лета его обитатели, наверное, разъехались на отдых. Я старался дышать глубоко, чтобы успокоиться.

Фасад особняка тонул в темноте. Тусклый свет уличного фонаря придавал ему мрачный вид. Замок с привидениями. Только окна большой гостиной, выходившие на одну из боковых сторон дома, были освещены.

В девять пятьдесят две я поднялся со скамейки. Под ложечкой противно засосало, когда я наискосок переходил улицу, давая себе фору во времени. Мне надо было держаться поближе к двери, но так, чтобы никто не решил, что я сижу в засаде, если меня случайно увидят соседи."

"Девять пятьдесят восемь. Больше медлить нельзя. Пройдя вдоль решетки сада, я остановился, сделав вид, что завязываю шнурок, и посмотрел назад. Десять ровно. Никого. Я принялся отсчитывать секунды, и тут раздался щелчок электронного замка. Сердце мое забилось сильнее, я ускорил шаг, оглядываясь и проверяя, нет ли еще кого на улице. Прошло меньше двух секунд — и я оказался перед черной дверью. Я достал из кармана маленький металлический прямоугольник, который раздобыл накануне в хозяйственном магазине, и прислушался. Никого. Я толкнул дверь, и она открылась. Нагнувшись, я сунул прямоугольник под дверной наличник. Пришлось повозиться, прежде чем он ровно встал на край. После этого я отпустил дверь и со сжавшимся сердцем наблюдал, как она закрывается. Дверь стукнула по прямоугольнику, и этот звук отдаленно напомнил мне клацанье замка. Я еще раз толкнул дверь, и, к моему огромному облегчению, она открылась. Прямоугольника хватило, чтобы не дать ей закрыться до конца. Я оставил в покое дверь, отошел на несколько шагов, удостоверился, что улица пуста, и снова перешел на другую сторону. Не успел я сесть на свою скамейку, как с крыльца послышались голоса: из дома выходили слуги. Они вышли на улицу и, кажется, ничего не заметили. Отлично. Распрощавшись, как обычно, они разошлись в разные стороны, и один из них направился к автобусной остановке. Десять ноль шесть. Пока все идет безупречно. Автобус будет через четыре минуты.