Всегда говори «всегда»

Ругала себя дурой, которая не ценит собственного счастья. Ей, как старухе в сказке про золотую рыбку, подавай все и сразу. Не хочу быть столбовою дворянкой, хочу – владычицей морскою, вот как!

Умом понимала, а все равно было тошно. Нет, в истерики она не кидалась, работу не бросила, мыться не перестала. Курить, правда, стала еще больше, но это мелочи. А что похудела – так это даже и хорошо. Без гимнастики и без диет – минус восемь кило за две недели. Никакого похудательного чудо-браслета не нужно.

Надежда, когда Ольга ей все рассказала – и про Стаса, и про министра, которого Барышев велел к черту послать, и про то, как он дверью хлопнул, даже не глянув на Ольгу, а она осталась стоять посреди приемной, – кинулась было утешать подругу. Мол, все образуется, мол, Барышев поймет, ему просто время нужно… Но Ольга не нуждалась в утешении. Это не Стас приходил. Это прошлое ее настигло. Просто пришло время платить по счетам. За то, что дурой была. За то, что не разглядела вовремя, какая мразь ее бывший муж. За то, что не хотела смотреть правде в глаза, трусила, сама себе врала, пыталась сделать вид, что прошлого нет, – мол, все это не про меня, не со мной было…

– Надь, я не маленькая. Я знала, что все так и кончится.

– Да ничего не кончилось еще!

Надежда неисправима. Все ведь очевидно. Ольга видела лицо Барышева – там, в приемной. Ничего у него в лице не было, кроме гадливости и досады. Будто наступил случайно сверкающим ботинком в навоз, вот какое у него было лицо. И видит бог, Ольга не хочет, чтобы еще когда-нибудь, хотя бы раз в жизни, на нее так смотрели.

– Надя! Это – все. Больше ничего не будет. Я точно знаю.

– Знает она! Откуда ты что знаешь?! Да он…

– Не он. Я. Я больше не могу. Мне уже хватит. Понимаешь?

Надежда положила ей голову на плечо, обняла.

– Понимаю…

– Я понадеялась. Нельзя было надеяться. А я себе позволила… Сама виновата…

Надежда подняла глаза:

– Оль, может, все-таки… Ну он же твоего упыря с лестницы спустил… Он же… Он же не просто так это сделал? Если бы ему все равно было, он бы…

Ольга покачала головой. Барышев Стаса с лестницы спустил не потому, что решил изобразить рыцаря на коне. Просто он чистоплотный до ужаса. То есть – по большому счету чистоплотный, по жизни. Вот и избавился от этой грязи. И от Стаса, и от нее… Нет. Нельзя было надеяться. Кого она хотела обмануть?

…Жизнь шла своим чередом. Машка выпустилась из детского сада. И платье у нее было до полу. Кружевное, с букетиком на поясе. В июне Ольге удалось выкроить неделю отпуска, и они слетали наконец в Грецию. Было море, оливковые рощи, руины древних городов, сиртаки по вечерам в ресторанчике на берегу. И ракушек они набрали полную корзину. Это была замечательная поездка в самом деле. Потом Ольга улетела в Москву, работать.