Все вернется

Ну, не надо, потом, когда у меня губы не будут накрашены…

– Как вы, женщины, за свою внешность дрожите! Губы у нее не накрашены!..

– Скажи лучше, какую новость ты хотел мне сообщить?

– Мы сегодня идем в ресторан!

– Да?! Ура!

– Хочешь в ресторан-то?

– С тобой, мой зайчик, – хочу! Хочу в ресторан, куда угодно! Лишь бы с тобой!

– Ха! Вот так! А они говорили, что со мной…

– Что – с тобой? Кто говорил?

– А… Да это я так… Тогда сегодня мы идем в «Кавказ»! А потом, после ресторана, куда поедем?

– К тебе, конечно!

– Ко мне? – Хомяков сник.

Я его понимала: он не хочет вести девушку в свое убогое жилище в коммуналке.

– А может, лучше к тебе? – неуверенно спросил он.

– Игореша, у меня предки дома… И папаша такой строгий!

– Но ты же взрослая девочка!

– Предки будут так орать!.. Нет, ко мне – это исключено! Давай лучше к тебе…

– Линочка, кисонька, когда я куплю квартиру в новом доме, двухкомнатную, в центре…

– И когда же это произойдет?

– Скоро, очень скоро! У меня уже собралась достаточно большая сумма. Потерпи, солнышко, скоро я приведу тебя в такие хоромы!

Ага, значит, денежки-то у него есть! Хорошо, будет что вымогать.

Мы еще некоторое время щебетали на языке любовников-шизофреников. Договорились сегодня, в семь часов вечера, отправиться в ресторан, а там уж решить, где проведем «ночь любви».

– Линочка, а ты меня любишь? – спросил Хомяков.

– Конечно, зайчик, разве я в силах устоять перед твоими любовными чарами?!

Мой Игореша расплылся в такой улыбке, что края ее уползли чуть ли не за уши.

Я собралась уходить, сославшись на неотложные дела. Хомяков проводил меня до своей двери. Я сама открыла ее и…

– Ой, что это?

Хомяков стоял сзади и поэтому не видел, что я «подняла с пола».

– Ну-ка!..

Он взял из моих рук бумажный конвертик с надписью: «Сюрприз для Хомяка».

– Игореша, кто его подбросил тебе под дверь? Это что, розыгрыш твоих сотрудников?

– Не знаю. Сейчас увидим…

Он разорвал конверт, и из него выпал лазерный диск.

– Фильмец новый тебе принесли? Может, вместе посмотрим? – прочирикала я.

– Нет, потом… Ты, Линочка, иди пока… Иди, зайка, до вечера…

Хомяков как будто почуял что-то неладное.

– Ну хорошо, – пожала я плечами, – пока!

Я помахала своему «бойфренду» ручкой и ушла.

Едва запрыгнув в машину, я включила прослушку.

– Что за черт!

Непристойно выражаясь, Хомяков комментировал просмотр – запись состоявшейся буквально час тому назад передачи ему крупной суммы денег. Он поливал Евгения последними словами, отчего я, как девушка скромная, жутко краснела.