Все вернется

Игореша поморщился, но снял трубку:

– Хомяков у аппарата!

Он некоторое время слушал говорившего, потом нервно бросил:

– Да не буду я этим заниматься! Нашли пацана! Там все ясно, пусть дадут какому-нибудь новичку… Я все-таки могу разбирать дела и посерьезнее, нельзя использовать опытных сотрудников в таком мелком деле…

О! Как мы себя ценим! «Опытный сотрудник»!

Хомяков бросил трубку и повернулся ко мне.

– Правильно, Игореша, не занижай планку, не позволяй никому собою дыры затыкать! Пусть молодые на всякой там ерунде руку набивают. А ты у меня – сотрудник опытный, капитаном скоро станешь. Заставь их уважать себя!

Хомяков расплылся в довольной улыбке:

– Линочка! Киска моя! Ты одна понимаешь меня! Какое счастье, что я тебя встретил!

Он начал гладить мою руку, потом коленку.

– Только учти, Игореша: я – девушка строгих правил. Я к первому попавшемуся в постель не прыгаю!

Игореша сразу убрал руку с моей коленки и кивнул:

– Правильно. Уважаю! Женщина должна себя блюсти…

Тоже мне, блюститель! Да если бы я тебя не одернула, так и ползла бы твоя шаловливая ручка все выше.

Снова зазвонил телефон. Хомяков опять поморщился. «Как вы все мне надоели!» – говорил его недовольный вид.

– Хомяков у аппарата!.. Что? Некогда мне встречаться… О чем говорить, все уже обговорили… Да перестань, чего ты трясешься!.. Я тебе сказал: все будет нормально, что ты дергаешься?.. Ладно, успокойся… Ладно. Давай, вечером подходи… В пять, но не позже… И это, Романовна… не забудь то самое…

Он положил трубку.

– Игореш! Что это еще за Романовна? Я же сказала, я – ревнивая!

– Ой, да нашла к кому!.. Она ж старая, ей уже под сорок! И потом, это по работе… Но все равно, мне приятно, что ты меня ревнуешь…

Хомяков потянулся ко мне губами, но в этот момент, как нельзя более кстати, в дверь постучали. Он сразу отпрянул от меня.

– Да! – крикнул он недовольно.

Заглянула одна из тех девушек, что заходила с подругой за деньгами.

– Хомяков! Ты будешь деньги сдавать Петрову на коляску? Мы к тебе уже второй раз заходим…

– Тань, давай потом…

– Когда потом, Хомяков? Все уже сдали, ты один остался!

– Ты что, не видишь? У меня свидетель показания дает!

– Вижу я, какой у тебя свидетель, – сказала Таня, заглядывая ему через плечо.

Я встала.

– Игорь Игоревич, я, пожалуй, пойду. У вас работа, я вам мешаю…

– Хорошо, гражданка Иванова, я вам позже позвоню.

Хомяков многозначительно посмотрел на меня. Девушка, стоявшая в дверях, усмехнулась. Она-то ни на секунду не усомнилась, какие такие показания пришла сюда давать гражданка Иванова, то есть я.

– До свидания! – сказала я в пространство, ни к кому определенно не обращаясь, и вышла за дверь.

В коридоре была еще и Верка – вторая «активистка, блин». Она с многозначительной улыбкой проводила меня взглядом.