Все ведьмы – рыжие

Князь тяжело вздохнул и позвонил сам. Мне оставалось только прислушиваться к разговору.

– Добрый вечер, Ольга Владимировна. Я прошу прощения, что побеспокоил, меня зовут Александр, и Рита сегодня у меня ночевать останется… Ах, вы обо мне уже знаете… Я кто? Гей-дизайнер?!

Глухо застонав, попыталась накрыться подушкой. Но все равно услышала и дальнейшее:

– Ах, Рита вам все рассказала… Да, очень хор-р-рошая девочка! Очень! Ну я не то чтобы талантлив… и не то чтобы гей… Нет, я не пытаюсь лгать самому себе, и с ориентацией у меня все в порядке!.. Знаете, очень спорно утверждение о том, что талантливы только геи… Нет, ну я ничего не имею против Элтона Джона… Да, спасибо, приятно знать, что Рита считает меня оч-ч-чень талантливым! Да! Спокойной ночи… Обязательно зайду к вам в гости… непременно просто. С Ритой, да! И мне было очень приятно познакомиться!

Телефонный разговор был закончен. Пару секунд благословенной тишины, а после:

– Ну, Мар-р-р-р-ргош-ш-ш-ша!

И бабах телефоном об стенку. У меня появилось чувство, что меня сейчас просто убьют. Пришлось давить на жалость:

– Мне так плохо-о-о…

– Зар-р-р-раза! – заорал Стужев в ответ, но убивать не стал.

Наверное, понадеялся, что сама сдохну к утру. Зря, мы, ведьмы, народ живучий… Только нам после водки плохо очень… совсем…

* * *Утро!

Мысль первая – я живая.

Мысль вторая – во рту вкус мяты… Вспомнила, что ночью хотела пить, кто-то сжалился и, бормоча: «Мля, как ты меня достала», принес пить…

Мысль третья – не знаю, кого я достала, но кто-то достал до моей груди, и его конечность, забравшись под мою рубашку, блаженно и осторожно сжимает последнюю… В смысле правую, потому как я на правом боку лежу и ему так удобнее.

Мысль четвертая – няшка наглая охамела совсем!"

"В этот момент кое-кто пошевелился, и возникла пятая и самая страшная мысля – это что там мне, скажем так, в место пониже спины упирается?! Это… это… это…

– Стужев, скажи, что это пистолет! – потребовала я, игнорируя жуткую головную боль.

– Мм-м? – донеслось сонное бормотание. – Ритка, какой пистолет?

Я б сказала! Я б так сказала сейчас!

– Стужев!

– Ильева, да заткнись ты, – обдавая перегаром, простонал Князь…

Прижимаясь ко мне сильнее!

И несмотря на наличие на мне рубашки и, кажется, отдельного покрывала, появилось ощущение, что «пистолет» сейчас преодолеет все преграды!

– Стужев, отвалил от меня вместе со своим пистолетом! – рявкнула я, пытаясь вырваться.