Всё в ажуре

Просто имеется подобная вероятность, и тогда это хоть малюсенький, но шанс и выяснить всё наверняка, и получить необходимую поддержку.

- М-м-м… - невнятно промычал я, чтобы получить паузу на обдумывание.

- В конце концов, что мы теряем? Проберёшься в замок, там где-то должен быть тайный подземный ход. Помнишь, Крайтон по дороге рассказывал, что он по нему в детстве убегал «подышать свободой». Надо подробнее утром у Лильки уточнить – она нашего герцога запытала, что там, да как. Так... А… Да, ну идти нужно, естественно, ночью, пока все спят. Найдёшь мачехину, как это… опочивальню, ну и допросишь с пристрастием. Если что не так – кляп в рот, и бегом обратно, спасать Крайтона своими силами.

- М-м-м… - снова промямлил я, - Круто.

Честное слово, я от своих барышень просто млею. Проберёшься, прокрадёшься, допросишь… главное, чтобы был герой, который всё это, соответственно, героически исполнит. Ну что ж, значит придётся им стать. А знаете, почему? Потому, что этот идиотский план ничем не хуже… в смысле, не более самоубийственный, чем тот, который придумал я. А пользы, в случае удачи, принесёт кратно больше.

Поспать удалось совсем мало. Только, казалось, закрыл глаза, как со стороны жилья донёсся звучный «кукарек» первого горлодёра-петуха. Никогда не слышал более отвратительного звука. Вслед за ним бодро разорались остальные пернатые деревенские будильники.

В глаза будто кто-то песка насыпал, мозг никак не желал воскресать, но что это в сравнении с призывами никогда не дремлющих совести и глубокого чувства долга?

- Пошёл? – Маринка сонно приоткрыла один глаз, - Давай, удачи. – сладко зевнув, старшая буквально с издевательским вздохом наслаждения закрыла глаз обратно и тут же уснула. Лилька так даже носом не повела. К заре поднялся туман, стало прохладно, и кнопа зарылась в сено практически с головой.

Усилием несгибаемой воли задавил в себе позорный приступ жгучей зависти и пошёл к деревне. Пешая прогулка по сырой от росы траве здорово взбодрила. Пока добрался до цели, настроение почти наладилось. А что, солнце светит, скоро даже греть начнёт, птички поют (это я не про петухов), идти не так уж и далеко.

Деревенские, чего и следовало ожидать, уже вовсю обживали новый день – копошились в огородах, бренчали вёдрами у колодцев, перекрикивались через низкие дощатые заборчики, выгоняли толстых, ленивых коров и прочую живность.

На центральной улице селения, которую я выбрал, основываясь на том, что она обязательно должна привести на рынок, запахло свежей сдобой и горячим хлебом. Ароматно так, что челюсти буквально судорогой сводило. Даже невольно остановился, натурально обнюхивая воздух в попытке определить, откуда прилетел дух этого великолепия.