Все только хорошее

Теперь, когда у него должен был родиться собственный ребенок, он относился к этому совсем иначе. Разве он позволил бы своему ребенку жить так далеко? Он откинулся на спинку кресла и заулыбался, вспомнив вдруг о Лиз и об их ребенке… Он не возражал бы и против того, чтобы это была девочка. Маленькая девочка, похожая на Лиз. Он заснул и спал до тех пор, пока самолет не начал снижаться.

Неделя в Париже прошла стремительно, оттуда он, как всегда, отправился в Рим и Милан. Затем последовали Дания, Берлин и наконец Лондон. Поездка оказалась на редкость удачной, когда же он вернулся домой и увидел Лиз, то не мог удержаться от смеха. Живот ее стал таким большим, что она уже не могла надевать свою обычную одежду.

— Что бы это значило? — спросил Берни с усмешкой.

— О чем это ты? — пожала плечиками Лиз, но тут же смущенно добавила:

— Не смотри на меня! Я сама себе кажусь противной!

— Что? Ты, наверное, сошла с ума! Ты никогда не выглядела лучше!

Берни нежно обнял ее и спросил как бы невзначай:

— Как тебе кажется, кто это?

Лиз улыбнулась и пожала плечами:

— Когда я ходила с Джейн, на этом сроке живот у меня был поменьше… Впрочем, это ничего не значит. — Она задумалась. — Может быть, это мальчик… Ты ведь хочешь мальчика?

Он посмотрел на нее, склонив голову набок.

— На самом деле мне совершенно все равно. Как будет, так и будет. Когда мы должны идти к доктору?

— Ты уверен, что хочешь этого? Она посмотрела на Берни так, что он моментально встревожился.

— Что это с тобой? — Но тут его осенило:

— Наверное, с тобой успела поговорить моя мамочка, так?

Лиз густо покраснела и растерянно пожала плечами.

— Пойми, для меня нет никого красивее тебя! Я хочу делить с тобою все — и хорошее, и плохое — понимаешь? Это наш с тобой ребенок, поэтому и там мы должны быть вместе. Разве не так?

Лиз облегченно вздохнула.

— А ты меня после этого не разлюбишь?

— Разве я могу тебя разлюбить?

— Прости… Прости меня… Это я так.

Раздался звонок в дверь. Это были Трейси и Джейн. Берни подбросил визжащую от счастья Джейн над головой и стал показывать ей подарки, привезенные из Франции. Прошел не один час, прежде чем Берни и Лиз вновь остались одни.

Они легли в кровать поздно за полночь, но и здесь продолжали говорить — о его работе, о магазине, о Европе, об их ребенке… Лиз теперь волновал только он, и Берни нисколько не обижался на это — ведь это был их общий ребенок. Берни обнял Лиз и забылся мирным, покойным сном.

Родители Берни приехали во второй день рождественских каникул. Лиз и Джейн встречали их в аэропорту. К этому времени Лиз была уже на шестом месяце. Руфь привезла с собой не только массу детских вещей от Бергдорфа, но и целую кипу буклетов, посвященных проблемам здоровья матери и ребенка, которые Лу принес из больницы.