Все сложно

Ты заставляешь меня повторяться.

— Черта с два не касается! Здесь живет мой сын!

Раскрыв от удивления рот, я плюхаюсь на постель.

— Какой же ты лицемер!

— Я? А кто был против, чтобы Мирон познакомился с Кирой?!

— Потому что она — пустое место! Даже для тебя пустое. Или ты собираешься знакомить нашего сына со всеми, кого трахаешь?

— Так, значит, тот, кто трахает тебя — особенный? У вас серьезно?

— Если я надумаю выйти замуж — ты узнаешь об этом первый. А пока — на, вот, отнеси эти коробки в кабинет.

Победный весь набычивается, но возражать не смеет. Видно, понимает, что в своих претензиях заходит слишком далеко. Если бы я не знала, что это абсолютно невозможно, решила бы, что Ленка права. И он действительно прощупывает почву, надумав вернуться. Но правда в том, что Победный, как та собака на сене. Сам не гам, но другому не дам. Он был таким, и остался. Некоторые вещи в жизни никогда не меняются, чтобы с нами не происходило.

Впрочем, помогать мне с коробками Борис не спешит. В комнате жарковато. Знакомым до боли жестом он стаскивает свитер через голову и остается в простой белой футболке Lacost. Ее белизна красиво подчеркивает свежий загар Победного. Перед тем, как бросить, он свозил свою зазнобу в Дубай. Об этом писали все светские каналы в Телеге.

— Миленькие, — замечает он, сминая в крупных пальцах случайно упавшие на пол трусики. Глядя мне в глаза, потирает хлопковую вставку. — Слушай, а ты для меня такие надевала?

Да! И не только такие. У нас было много хороших моментов. Просто ты их очень быстро забыл. Но в слух я в том ни за что не признаюсь. Вместо ответа выдергиваю из Борькиных рук трусы, складываю их на общую стопку с бельем и шагаю прочь из спальни. Через несколько минут приходит Борис с коробками. В одну я сложила книги, которые люблю почитать перед сном. В другую — парфюмерию и косметику. Кремы, лосьоны, духи… Всякие милые женские штучки. Я оставляю их не распакованными и вновь возвращаюсь в спальню. Перестилаю постельное, включаю машинку.

— Поможешь перетащить тренажер?

Должен же быть от Победного хоть какой-то толк!

— Ты, наверное, единственная моя знакомая женщина, которая использует его по назначению.

— Ну, тем, с кем ты предпочитаешь встречаться, они, как правило, и не нужны.

— Осторожно, а то еще немного, и я решу, что ты ревнуешь… — пыхтит Борис, вытаскивая в коридор беговую дорожку. Та достаточно тяжелая. Но Победный сильный, как бык. В свое время меня это зачаровывало. Казалось, не существует такого, что бы не было ему по плечу.

— Погоди, у меня телефон… Хм… Марина.

— А этой еще что надо?

Пожимаю плечами. По понятным причинам, Котькина свекровь прилично меня старше, но у нас сложились неплохие отношения. Я благодарна ей, что та не стала давить на Олега, когда Котька заболела.