Все радости - завтра

У Скай защипали от подступающих слез глаза, и она остановилась, чтобы взять себя в руки. Мэйв, наверное, поняла ее состояние, так как остановилась перед облицованной дубом дверью, положив руку на скобу.

— Со мной все в порядке, — тихо сказала Скай, и Адам утешающе сжал ее руку. Мэйв распахнула дверь и объявила, входя в комнату:

— Ну, господин епископ, наконец она здесь! Сидящий у камина закутанный в шерстяную шаль старик повернулся к ним, и Скай, подбежав к нему, поцеловала его морщинистую руку с тяжелым золотым кольцом — знаком сана.

— А, девочка! — Он мог быть слаб телом, но голос его был силен по-прежнему. — Вставай, дай мне посмотреть на тебя! Мои глаза еще хорошо видят. Ты, как всегда, прекрасна, девочка. Я помню, когда ты родилась, Дубхдара очень расстроило, что ты не мальчишка. Но ты сразу же похитила его сердце. — Он с минуту помолчал. — Да и мое тоже. Скай наклонилась и поцеловала его в лоб.

— Мой милый дядя! — прошептала она.

— Ну, девочка, не сентиментальничай, — проворчал он. — Представь-ка мне лучше этого великана, который, как я подозреваю, и есть твой муж. — Он протянул Адаму руку для поцелуя.

— Разумеется, дядя, это мой муж, Адам де Мариско, — проговорила Скай.

Когда Адам выпрямился, Симус О'Малли улыбнулся и сказал:

— Да, он как будто создан для тебя, Скай. Он молится на землю, по которой ты ступаешь, и слишком балует тебя. А все-таки если ты зайдешь слишком далеко, то он тебя и поколотить может, чего ты наверняка частенько заслуживаешь. Ну, садись, племянник! Ты ростом с дерево, а мне хочется поговорить с тобой лицом к лицу, а не к гульфику! — И он сам рассмеялся своей шутке, а потом крикнул:

— Мэйв! Принеси нам виски, меня что-то знобит. Да, денек сегодня не лучший, не лучший денек.

Они принесли стулья и сели лицом к старику. У Адама с Симусом завязалась оживленная беседа, а Скай сидела, глядя на любимых мужчин, помешивая в бокале янтарное пламя, называемое здесь виски. Да, за эти несколько лет дядя сильно сдал. Он стал совсем седой, но глаза по-прежнему пронзительно голубые и с прежним интересом следят за миром. Он высох и с трудом держал бокал в трясущейся костлявой руке. «Откуда у него берутся силы служить мессу?»— подумала она. Наверняка он вкладывал в это все силы, а оставшееся время приходил в себя.

— Скай? — вдруг пробился в ее сознание его голос.

— Мне так жаль замок. Королева вернет тебе земли Бурков?

— Нет, дядя. Она даст Патрику другие земли в Англии. Она хочет, чтобы он вырос англичанином и число ирландских мятежников уменьшилось на одного.

Симус О'Малли кивнул и улыбнулся. Остроумное и в то же время мудрое решение.

— У тебя почти ничего не осталось в Ирландии, девочка.

— Но я все еще глава рода О'Малли, дядя.