Всё о Ниро Вульфе. Том 3

По опыту знаю — очень вдохновляет. Теперь, когда за дело взялись вы, вас тоже наверняка придется вдохновить. Я считаю, что…

В дверь позвонили. Я встал, прошествовал в прихожую, разглядел в прозрачную лишь изнутри стеклянную дверь знакомую багровую физиономию и широченные плечи и, обернувшись, известил Вульфа:

— Инспектор Кремер.

Лишь тогда я осознал, как тяжело далось Вульфу вторжение налоговых ищеек; он совершил то, чего не Делал никогда прежде. Встал, протопал к двери, убедился, что цепочка наброшена, приоткрыл дверь на пару дюймов и рыкнул в образовавшуюся щель:

— Да?

— Да! – гаркнул в ответ Кремер. – Открывайте!

— Уже поздно. Что вам надо?

— Я хочу войти!

— А ордер у вас есть?

— Ерунда! – Мне не нужен ордер, чтобы задать несколько вопросов. Вам и Гудвину.

— В такое позднее время — нужен, – сухо произнес Вульф. – Мы готовы принять вас завтра в одиннадцать утра. Если не будем заняты, разумеется.

— Я не причастен к этому обыску! – взревел Кремер.

То, что случилось потом, было столь же невероятным, как личный поход Вульфа к входной двери. Ему и прежде не раз доводилось сцепляться с Кремером, однако дальше гневных взглядов, жестов и перепалки у них никогда не шло. Теперь же Вульф, решив захлопнуть дверь, вдруг обнаружил, что ему что-то мешает.

Он приложился к ней обеими ладонями и толкнул — тот же успех. Не знаю, припирал ли ее Кремер плечом, бедром или же вставил ногу в щель. Если последнее, то он, должно быть, горько пожалел о своей неосторожности, ибо Вульф привалился к двери всей своей слоновьей тушей и, упираясь пятками, надавил что было мочи — дверь захлопнулась с грохотом.

— Замечательно, – зааплодировал я. – Теперь, значит, мы воюем не только с секретной службой, но и с полицией. Блеск!

Вульф протопал к лифту, открыл дверцу и обернулся.

— Отключи дверной звонок и телефон. Не выходи утром из дому. И Фрицу передай.

— Да, сэр.

— Ты сможешь изготовить такой же сверток, какой она тебе дала? Внешне похожий, по крайней мере.

— Постараюсь.

— Утром он должен быть готов. Спокойной ночи.

— А что в него вложить?

— Все, что угодно. Хотя бы бумагу.

— И что с ним сделать?

— Пока не знаю. Утром решим. Принеси его ко мне в половине девятого.

Он вдвинулся в лифт, привычно застонавший от его колоссального веса, и захлопнул дверцу. Я заглянул в кабинет, проверил, заперт ли сейф, окинул привычным взором картотечные ящики, выключил свет, прошел в кухню, известил Фрица о том, что мы обрываем связь с внешним миром, после чего поднялся к себе вкусить хоть немного уединения.

Фриц относит Вульфу завтрак на подносе размером 17 дюймов на 26, а я завтракаю в кухне.