Все не так, как кажется (СИ)

— Артем, можно вас на минутку. — Нехотя поднимаю свою пятую точку и иду вслед за хозяйкой.

— Извините за все это, но вам лучше уйти.

— Ир, давай ты не будешь гнать меня. Я понимаю, что тебе это все неприятно, но не думаешь же ты, что слова какой-то ненормальной что-то значат для меня?

— Спасибо вам за все, но…

— Ладно, я понял. Надеюсь, до понедельника ты остынешь, и давай не дури.

Сколько себя помню, мне всегда хотелось радовать родителей. Лишней пятеркой или простой похвалой от учителей, убранной посудой или не совсем удачной шарлоткой. Но я старалась…. очень. Только после того как отец нашел другую семью, тогда даже будучи несмышлёной десятилетней девчонкой, я поняла, что как бы я ни старалась, на этом моя детская жизнь закончилась, ибо, что бы я ни сделала, все сливалось к одному — я досадная ошибка моей матери. И все равно я старалась. Изучила всю поварскую книгу, шарлотка перестала быть непропеченной и пироги пошли на ура. Тогда мне даже захотелось стать знаменитым поваром, чтобы моя мама могла мной гордиться. Наша двухкомнатная квартира стала образцом кулинарии и чистоты.

После ухода папы, я старалась быть тихой и не попадаться матери на глаза. Первое время она тихо меня ненавидела, не била, почти не кричала, только взглядом могла обжечь. Виделись мы с ней довольно редко. Работала она в ночные смены, днем отсыпалась, а по вечерам просто пропадала. Стыдно признаться, но меня это устраивало. Только я боялась ночевать одна, темнота меня всегда пугала. И вроде было все терпимо, до тех пор, пока не появились мужчины. Их было очень много, слишком много. В тринадцать я уже понимала, что мама уходит не просто так, но одно дело уходить, а другое приводить в дом посторонних мужчин. Если до этого мамины чувства держались в тихой ненависти, то с появлением многочисленных любовников, ненависть стала открытой. Не было ни дня, чтобы мать меня ни в чем не упрекала. Имея достаточно обеспеченных любовников, она более не нуждалась в работе. На удивление почти все они были женаты. Некоторые из них относились ко мне достаточно благосклонно, кто-то даже дарил подарки. И я, будучи обделенной, не только вниманием, но и банальными вещами, принимала их. Борис — это единственный мамин любовник, увидевший во мне брошенного ребенка. Наверное, он единственный человек, который сделал мое существование в родительском доме сносным. В нем я видела своего отца, и он это понимал. За полгода отношений с моей матерью, он воспитывал меня как родной отец, дал мне то, чего не смог мой родной. В то время мне казалась, что жизнь однозначно налаживалась, даже мама успокоилась, не было никаких ссор и упреков, порой казалось, что она меня любит. А потом случилось то, чего никто не ожидал — Борис ушел. Просто вернулся к своей семье.