Все не случайно

Твой любимый, кстати, Наташа, — ставит торт на стол. А я еще надеялась, что ничего он не знает. Ну, ну. Со свету сживет, надо скорее отсюда уходить, желательно тихо, правда, собака тихо уйти не даст.

— Даже не вздумай, — мысли что ли читает? — Катя, давай в кофе коньячку налей.

— Говорят, это вредно, кофе сужает сосуды, а алкоголь расширяет, — зачем я это сказала?!

— Сказал бы я тебе, что вредно, но не буду, — и не надо, подумалось мне. Я ведь понимаю, что папа может меня и в комнате запереть, если приспичит. Осталось только дождаться пока он ударится в работу, а сейчас сделать добродушный и на все согласный вид.

— Я спать хочу, просто рубит, простите, да и мне нельзя торт, — встаю из-за стола и иду к выходу.

— Не бери с собой собаку. Дурной пример приучать ее спать на кровати.

— Хорошо, папа, я скажу ей это, но боюсь она уже привыкла, приятного аппетита.

На девятый день моего пребывания у родителей я фактически сбежала. Все-таки к хорошему привыкаешь быстро и родительский контроль уже кажется сродни тюрьмы. На удивление папа не прибежал следом и не заковал меня цепями, видимо, окончательно поставил на мне крест. Если бы не таблетки и врачи, я бы и не заостряла свое внимание на том, что что-то случилось. Думать об этом совершенно не хотелось, вообще в идеале хотелось забить на это лечение и посещение врачей, но мама почему-то все контролировала. Даже, казалось бы, когда прошло столько времени она по-прежнему бдила меня словно малолетку.

***

Смотрю на себя в зеркало и понимаю, что я абсолютно пьяна. Язык вроде не заплетается, но глаза… И вот же русская душа, все пьяные, но нам мало. Закрываю зеркальце и убираю обратно в сумочку.

— Короче, кого мы обманываем, я хочу еще выпить и, сдается мне, вы тоже. Так что, Леся, ты подрежь закусочки и давай уже что-нибудь с чесноком, я тут переночую, а то папка задохнется от перегара с чесноком, а мы с Наташей сходим в магазин, раз ты так непредусмотрительно мало купила вина на свой же день рождения, — ой, мамуля точно пьяна, даже, кажется, хуже, чем я. А Леська вроде самая трезвая, лучше ее послать в магазин.

— Мам, а может Леська пойдет?

— Нет, я хочу на свежий воздух, и я хочу сама выбрать вино. Пойдем скорее, — ну пойдем так пойдем. Одна Леся стоит и улыбается, хоть бы уже кивнула, да пошла закуску нарезать.

Выходим из квартиры, и мама вызывает лифт. Вот не вспоминала же ни подъезд, ни кто здесь живет, а стоило только выпить и как отбитая на всю голову смотрю на кнопку девятого этажа. Интересно, а он дома?

— Чего стоим? Давай сюда лапку, — мама хватает меня за руку, и мы выходим из лифта. Господи, о чем я думаю? Понятно о чем, шепчет противный голос в голове. Машины его нет, значит он и вовсе не дома. Поди трахается со своей клопастой Мариной, урод.