Это всё ты

И лишь после этого подрываюсь, чтобы подойти к ней."

"Присаживаясь рядом с ее стулом на корты, с ухмылкой ловлю ладонь, которую Юния пытается от меня спрятать.

– Что опять не так? – смеюсь, бессовестно прусь от ее ревности.

– Ничего, – выдыхает она взволнованно и снова выдергивает кисть.

– Тогда замри, Одуван.

– Мне… Мне нужно идти, Ян.

Намеревается встать, но я сжимаю ладонями ее бедра, блокирую этот подъем.

– Ян, – задыхается она.

И я, мать вашу, тоже. Но прикрываю эти рывки хохотом.

– Да, бля… Зай… Давай подружим руками. На удачу мне.

– Что?

Застывает, наконец, позволяя скользнуть пальцами по открытой ладони.

– Будешь за меня болеть? – отвлекаю вопросом, чтобы полноценно насладиться этим контактом.

Глядя прямо в глаза, неторопливо наворачиваю круги вроде как допустимой чувственности. Сглатываю, когда кажется, что сердце разворачивает свою деятельность прям в глотке. Помогает, конечно, слабо. Но все-таки… Хоть что-то. Сопротивляюсь дрожи, которую Ю у меня вызывает, однако оказываюсь бессильным. Единственно верным было бы отпустить ее. Но я, блядь, не могу.

– Будешь, Ю?

– Да… – выдыхает она.

И, мать вашу, в этот миг с такой одуряющей потребностью мой взгляд принимает, что я только от этого пьянею сходу.

– Только, пожалуйста, я тебя очень прошу, Ян…

– М?

– Ни с кем не дерись!

– Хах.

– Ни во время игры! Ни после нее, Ян!

– О-у… Ну, давай так, зай, – улыбаюсь, радуясь тому, что так откровенно беспокоится обо мне. – Ты надеваешь мою футболку, я весь день, как удав. Мирный.

Она колеблется. Но недолго.

– Никого не тронешь, даже если тебя цеплять станут? Обещаешь?

В две секунды преодолеваю внутренний протест. Можно сказать, с лету.

– Обещаю.

– И твоя фамилия… То есть твоя футболка будет только у меня? Я толпой с тобой дружить не стану!

В солнечном сплетении загорается. Сердце трещит по швам. Мышцы разбивает свежими волнами дрожи.

Да я просто, блядь, задыхаюсь от восторга. Но на выходе, конечно, ржу.

– Только у тебя, Ю, – присягаю сипло.

Подмигиваю в ответ на ее улыбку.

И… Прижимаюсь губами к центру раскрытой ладони.

Бах, бах, бах… С размахами долбит мой мотор.

Приподнимая веки, которые в какой-то момент тупо прикрыл в удовольствии, вижу мурашки у Юнии на запястье. Тянусь к ним губами. Целую жарче, потому что жадно.

А потом…

Когда я стою вечером с командой на поле, Ю меня снова раскатывает. Появляясь для исполнения гимна в совершенно охренительном, развевающемся на ветру белом одеянии, на долгое мгновение лишает меня возможности функционировать. Вижу, как она нервничает, только это и заставляет меня отмереть. Разулыбаться, когда сердце не бьется – та еще задача. Но я уверенно выставляю большие пальцы и тяну эту эмоцию, пока Ю не отвечает.

Разряд. Удар, второй, третий... Загремели. И полетели.