Я все еще князь. Книга XXI

Доктор многозначительно посмотрел на командира — матерого ветерана с седыми усами. Даже в своем возрасте он выглядел внушительно и был в форме. Подойдя к молодому подчиненному, тот без стеснения влепил ему хороший удар в живот.

— Я бы посмотрел на твой скулеж, если бы она вырвалась! — прорычал командир, наклонившись к ловящему воздух парню.

— Но, она же… Не… маг… — едва справившись с болью, сказал парень.

— Ох, молодой человек, — вмешался лекарь. — Как вы думаете, почему тогда она напарница Есенина, а не маг? — доктор положил руку на спину парня, снимая боль. — Вот именно, потому что она чертовски сильна. Физически. А теперь простите, мне надо сообщить Чехову, что пациентка очнулась.

* * *Дикая Зона.

Понятия не имею, насколько мощной должна быть эта атака, и даже не хочу проверять. Но два факта я точно знал.

Первое: сейчас в Есенине весы магии перевешивали на одну сторону, и сделать заклинание, смешав две противоположные силы, у него не получится. Это не предположение, а сухие цифры, показанные Лорой.

И второе: я не дам ему совершить эту атаку!

Пушкин активировал нечто… Да хрен пойми, как оно называется. Но это точно что-то очень крепкое, способное выдержать любую атаку. Наверное.

Есенин не стал долго готовиться. Да и я тоже.

Пришлось ускориться до такой степени, что ноги буквально ныли от перенапряжения.

Проблема всех мощный атак в подготовке. Есенин, сам того не ведая, проговорился. Когда он прицелился и почти выпустил плазменный шар, я ударил ногой ему по рукам, и настолько сильно, что его локти вывернулись в противоположную сторону, а атака, предназначавшаяся Пушкину, полетела вниз.

— Зря… — прошипел Саша.

— Тяжелый, зараза, — проговорила сквозь зубы Лора.

Этот удар нам достался с большим трудом. Его руки были словно из бетона, если не крепче. Пришлось пожертвовать голенью. Но все же я не позволил этой атаке попасть в Пушкина. Может, он бы и выдержал. Но рисковать я не намерен.

— Попался! — зарычал Александр Сергеевич и, размахнувшись, швырнул в него непонятно откуда появившийся меч.

Пока руки у Саши не успели срастись, он немного ослаб. Мечом его прибило к скале. Мы с Пушкиным подскочили моментально. Лора уже вела обратный отсчет действия протокола «Красный». У Александра Сергеевича тоже не было сил.

— Финалочка! — прорычал тот, навалившись на Есенина всем телом. Локтем сдавил ему горло, а второй схватил правую руку. — Миша! Я не знаю, что ты задумал, но сейчас самый подходящий момент! — и его тело загорелось. — Быстрее!

Я схватил вторую руку Есенина и прижал к скале, а затем ударил в то место, куда показывала Лора. Именно там была брешь в защите. Туда попал Захар своим мечом, и рана не до конца успела срастись. Видимо, хаос всему виной.

Моя ладонь прошла наполовину в тело Александра.