Все еще верю в чудо

Накрахмаленная белая ткань сохранила его запах, который пробудил в ней волнующие воспоминания.

Она нашла его на кухне, в которой была такая же скудная обстановка, как и в остальной части дома. Он стоял у плиты и жарил бекон. На нем была зеленая униформа хирурга, которая сидела так же идеально, как смокинг безупречного покроя. На рабочей поверхности рядом с плитой была еще одна сковорода и миска с жидким тестом."

"Он повернулся к ней лицом. Когда она посмотрела на его бесстрастное лицо с холодными, ничего не выражающими глазами, ей стало не по себе. Он увидел ее в его рубашке и даже не улыбнулся. Не потянулся к ней.

— Хочешь есть? — спросил он, отвернувшись.

Ей хотелось сказать ему, чтобы он катился ко всем чертям. Вместо этого она произнесла:

— Думаю, мне лучше уйти.

Все же она помедлила, дала ему возможность сказать что-то более приятное. Но, к ее глубокому разочарованию, он просто открыл холодильник и достал оттуда пакет молока.

Очевидно, прошлая ночь ей приснилась и настало время просыпаться.

Потеряв всякую надежду уснуть, на рассвете Лайла осторожно поднялась с кровати, чтобы не разбудить Карлоса. Запустив руку в свою сумочку, лежащую на прикроватном столике, она достала оттуда свой мобильный телефон. Аромат роз, витающий в воздухе, напомнил ей о том, чем они с Карлосом занимались ночью в ванне. Ей безумно захотелось вернуться в постель и прижаться к нему, но она устояла перед искушением. Ей нужно сделать одно дело.

Пока она еще не вышла замуж, ей нужно позвонить родителям и поставить их в известность.

Выйдя на цыпочках из комнаты, Лайла тихо прикрыла дверь и, сев на банкетку в нише окна, тупо уставилась на дисплей телефона.

Она знала, что родители будут за нее рады, но медлила, прежде чем им позвонить. Она все еще не могла свыкнуться с тем, что собирается связать свою жизнь с мужчиной, который никогда бы на ней не женился, если бы она не забеременела.

Понимая, что никто другой за нее это не сделает, она нашла в списке контактов номер телефона матери и нажала кнопку вызова. Редкие гудки повторялись так долго, что она уже хотела дать отбой, как в трубке раздался сонный голос ее матери:

— Алло?

— Мама, это я.

— Лайла, дорогая, я так рада тебя слышать, — весело произнесла она, даже не возмутившись, что дочь ее разбудила. — Дай я позову твоего отца.

— Нет, мама, не нужно его беспокоить.

— Не будь глупой. Даррен, проснись! — Ее стало хуже слышно. Очевидно, она положила телефон и стала будить мужа. — Даррен, Лайла звонит.

Лайла услышала шуршание постельного белья и голос отца.

— Я его разбудила, — произнесла ее мать в трубку. — Включаю громкую связь.

— Доброе утро, дорогая, — пробормотал ее отец.