Все еще верю в чудо

Карлос мертвой хваткой вцепился в спинку кровати:

— Тогда не заставляй нас преждевременно хоронить еще одного родителя.

Лицо Энрике стало белее мела. Карлосу не хотелось причинять отцу боль, но, черт побери, он использует любые средства, чтобы заставить того согласиться на трансплантацию.

Неожиданно ему в голову пришла одна идея, которая вернет его отцу желание жить, а ему поможет удержать Лайлу. Манипулировать людьми, конечно, нехорошо, но что еще ему остается делать в этой ситуации?

— Соглашайся на операцию, и ты познакомишься со своим внуком. Своим наследником.

На изможденном лице Энрике промелькнуло сожаление.

— Элоиза…

— Я говорю не о ее ребенке, — перебил его Карлос. — Чтобы его увидеть, тебе придется продержаться дольше, чем несколько недель. — Глубоко вдохнув, он приготовился к последнему шагу. Сделать его оказалось проще, чем он ожидал. — Я привез кое-кого с собой на остров, чтобы познакомить с тобой. Ее зовут Лайла. У нас с ней будет ребенок.

Глаза короля наполнились печалью.

— Сынок, я не настолько болен, чтобы забыть диагноз, который поставили тебе врачи.

— Врачи могут ошибаться в своих пессимистических прогнозах. — В любом случае он намерен воспитывать этого ребенка как своего собственного. — Я и мой будущий ребенок живое тому подтверждение.

Ему лишь осталось убедить Лайлу выйти за него замуж.

Глаза его отца расширились, затем увлажнились. Карлос злился на себя за то, что потерял над собой контроль. На этом острове, в этой больнице ему трудно сдерживать свои эмоции, свою боль.

Как бы ему ни хотелось забыться сегодня ночью в объятиях Лайлы, он не может рисковать. Когда он придет к ней в следующий раз, у него должен быть наготове четко продуманный план. Если она застанет его врасплох сейчас, он сгорит дотла.

Глава 10

Лайла резко приподнялась в постели. Темную комнату освещали только бледные лунные лучи, проникающие сквозь занавески. Она не поняла, что ее разбудило. Возможно, дело было в том, что во сне ее воображение слишком ярко нарисовало Карлоса и его братьев, убегающих от пуль мятежников. Ночную тишину нарушал только плеск волн. Она погладила себя по животу, словно извиняясь перед своим малышом за то, что потревожила его.

Свесив ноги с высокой кровати, она нащупала ими мягкие тапочки. Когда ее глаза начали привыкать к темноте, она встала. Остатки сна рассеялись. Где сейчас Карлос? В своей спальне? Или, может, он в комнате, расположенной по другую сторону от гостиной? Вчера она не смогла обсудить с ним то, что узнала от Элоизы. Он и его братья допоздна задержались в больнице. Антонио позвонил Шеннон, и та передала последние новости остальным. Лайла сначала немного обиделась на Карлоса за то, что он не позвонил ей, но затем мысленно отругала себя за свой эгоизм.