Все двадцать семь часов!

— А я тебе сказал, я на это не пойду!

Поругавшись с ним еще полчаса, я только услышала в ответ приказ замолчать.

— Что ж, раз так, значит, в моих услугах ты больше не нуждаешься.

Макс, сидевший около камина, замер:

— Что ты имеешь в виду?

— А ничего. Ты подвергаешь мою жизнь опасности, ведь из-за тебя и я попадаю под подозрение. Кажется, в нашем с тобой контракте есть пункт о том, что закон для меня стоит выше твоих интересов?

Лагфорт прищурился:

— И что ты хочешь этим сказать?

— Ничего. Только то, что раз ты во мне не нуждаешься, то можешь уволить, или я буду действовать строго в рамках закона.

— Вот с чего ты сделала вывод, что не нужна мне?

— Ты мне сейчас приказал заткнуться, и я выполню твой приказ, — сказала я, подходя к окну.

Улица была пустынна и темна.

— Поэтому я буду выполнять только свои прямые обязанности. Но если тебя подобный поворот не устраивает, можешь меня уволить, — не поворачиваясь к Максу, озвучила я свою позицию до конца.

— Ну что за бабские обиды? Не хочешь помогать — не нужно.

Поджав губы, я вышла прочь из комнаты, несмотря на поздний час, посидела в баре и пофлиртовала с одним милым мужчиной. Вернулась я почти под утро, и это, конечно, не помешало злому шефу поднять меня ни свет ни заря на работу.

Молчание между нами уже к концу дня достигло апогея напряженности, а вечером мы выехали в другой город, где спустя восемь часов после приезда нас ждал новый труп.

После этого спеси и самоуверенности Макса слегка поубавилось, и в этот же вечер после ухода полисменов он решил пойти на мировую. Вновь разместившись около камина, после непродолжительного давящего молчания между нами шеф подал голос:

— Таисия, снизойди до разговора со мной.

— Как скажешь, — ровным тоном ответила я.

Так я общалась с ним все время после нашей размолвки.

— Ой, ну перестань! Твоя церемонность раздражает меня до крайности. Кошмар просто."

"— Тебе же нравится, когда к тебе относятся с уважением и без панибратства, — сказала я, размещаясь в соседнем кресле и смотря на огонь.

— В твоем обращении ко мне за последние сутки уж чего-чего, а уважения явно не было.

Я только хмыкнула на это и спросила:

— И что ты сейчас от меня хочешь? Все дела я завершила или будут еще какие-то указания?

— Я согласен с твоим планом.

Несмотря на то что это предложение исходило от меня, я была в шоке, когда Лагфорт согласился.

— Что, правда?

Макс устало откинулся на спинку кресла:

— Да, другого выхода нет. Мне необходимо сохранить свою империю во что бы то ни стало. И хорошо бы остановить это безумие, которое сейчас творится. А иного выхода я не вижу.

— Не буду говорить: я же тебе говорила!

— Ну что ты, и правда не стоит, — протянул иронично Макс. — Лучше скажи, что нам предстоит сделать?

— Есть у меня один план.