Все двадцать семь часов!

Его помощник, наоборот, оказался довольно красивым блондином с хитрыми глазами, высокими скулами и выразительной мимикой. К тому же он был из расы шадаров. Колоритная парочка.

— Доброе утро, господа. Чем обязаны?

Оба мужчины, встав, поклонились мне, а Уортон ответил:

— Мы с моим помощником хотели бы задать вам пару вопросов.

— Нам? — удивилась я. — Но в связи с чем?

— Из-за той убитой женщины, — пояснил мне Макс.

— В пекарне? — на всякий случай уточнила я.

Лагфорт молча кивнул.

— Но при чем здесь мы? — осторожно допытывалась я.

— Все, что мне нужно было узнать у господина Лагфорта, я узнал, — сообщил мне инспектор, открыв блокнот.

— Правда ли то, что убитая женщина была моей любовницей, и где я был в то время, когда ее убили, — пояснил мне Макс.

Инспектор тут же бросил на него недовольный взгляд. Ага, видимо, он не хотел, чтобы я была в курсе его вопросов и подготовилась. А этот инспектор не промах.

— Теперь хотелось бы побеседовать с вами. Но ваш работодатель настаивает, чтобы разговор происходил при нем.

— А вы против?

— Мне было бы удобнее побеседовать с вами наедине.

— А мне нет.

Ведя это странный диалог, мы смотрели с инспектором прямо в глаза друг другу.

— Может, перейдете к делу? А то у нас еще рабочий день впереди, — заметил Макс.

Инспектор глубоко вздохнул.

— Хорошо. Скажите, Таисия, вы знали покойную?

— Нет.

— А то, что у вашего начальника когда-то был с ней роман? — спросил Уортон, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— У меня не было с ней романа! Мы пару раз были вместе, и все, — прервал нас Макс, нервно постукивая пальцами по деревянному подлокотнику кресла.

Инспектор бросил на меня взгляд при этих словах шефа, видимо наблюдая за реакцией.

— Вы так пристально смотрите на меня, инспектор. У меня что-то не так с внешним видом?

— Ну что вы, — пробормотал инспектор, опустив взгляд в блокнот.

Его же помощник вообще все время сидел молча и разглядывал меня и Макса. Все это начинало меня раздражать.

— Я не совсем понимаю цель вашего визита. Вы пришли узнать, есть ли у нас алиби на момент совершения преступления и мотив?

Инспектор молчал, Лагфорт улыбался.

— Так вот. Рано утром я спала в своей постели, — и, выдержав паузу, добавила: — Одна. Если нужен свидетель — допросите мою подушку. По поводу мотива: у меня его не было. Я не только до вчерашнего дня не знала о том, что между Максом и мадам Рудой были отношения, но и не хотела знать. Личная жизнь шефа меня не касается, и сталкиваюсь я с ней по необходимости.

— Можно узнать, каким образом? — приподняв брови, поинтересовался Чандерс.

— Эти сведения попадают под пункт о неразглашении, который указан в моем контракте. Поэтому спросите лучше у Макса.

К обаянию помощника я осталась равнодушна.