Все двадцать семь часов!

Пока Макс завершал работу в кабинете, я только попила кофе, отказавшись от ужина, и поднялась к себе в комнату. Руки сегодня уже практически не болели, и я, переодевшись ко сну без помощи Элис, взялась за книгу. Но какое тут может быть изучение, когда мои мысли возвращаются к Максу?

Прикрыв глаза, я попыталась успокоиться, но и это не удалось. К моему плечу прикоснулась рука и заскользила вдоль моей руки. Просела кровать под тяжестью мужского тела.

Я понимала, зачем пришел Макс, и понимала также, что принуждать он меня ни к чему не будет. Я могла отказать ему и знала, что он за это меня не осудит и не обидится. Могла просто встать и уйти.

Но соблазн так велик!

К шее прикоснулись губы — и меня словно током ударило. Я вздрогнула.

— Почему ты сегодня не ужинала? — спросил Лагфорт, проводя рукой по шее вниз, по позвоночнику.

У меня по телу пробежали мурашки, и в голове не осталось никаких мыслей.

— Я… Почему я не ужинала?.. Наверное, мне не хотелось.

— То есть ты не уверена? — поинтересовался Макс, целуя меня в шею.

— Я… я… уверена…

После этого мою голову развернули и жарко поцеловали. Немного помедлив, я ответила на поцелуй. Руки Макса поползли вверх по моим рукам, и, не прекращая целовать меня, Лагфорт взялся за края халата и стянул его с меня. Освободив от него руки, я обвила их вокруг шеи Макса и прижалась к нему всем телом.

Разомкнув наши губы на несколько секунд, Лагфорт стал стаскивать с себя одежду, и я нетерпеливо помогала ему: целуя Макса, резкими движениями расстегивала, тянула, стаскивала. Несколько пуговиц отлетели, рубашка была в горловине порвана — и вот я глажу обнаженную грудь любовника.

Он же с моей ночной рубашкой разделался просто — порвал ее одним движением и отбросил прочь. Его руки потянулись к завязкам панталон.

— Тася, — шептали его губы, пока он осторожно стаскивал с меня белье.

А потом Лагфорт опрокинул меня на подушки — и мы принялись исследовать тела друг друга.

Жарко меня целуя, Макс осторожно, легкими прикосновениями, гладил мою шею, лаская пульсирующую жилку, и тут же повторял губами путь рук. Его нежные, легкие поцелуи посылали стайки мурашек по телу. От желания и предвкушения у меня вырвался стон, который Макс тут же поймал своим ртом, нежно, утешающе поцеловав, словно обещая, что мое нетерпение будет вознаграждено, а страсть утолена.

Я же в это время сильно и страстно гладила его спину, грудь, борясь с желанием перейти к более откровенным ласкам. Мне не позволяли, лишь шепнув:

— Я не железный, попробуешь ласки в следующий раз.

И снова поцелуи, пока одна рука удерживает мои руки над головой, а вторая пустилась в путешествие по телу.

Нежные прикосновения, осторожные движения вниз, около груди: пальцы назгара кружат вокруг полушария, но не прикасаются к нему.