Все дороги ведут к тебе (СИ)

Ее оглушительный предоргазменный крик станет сигналом и для его освобождения:

- Я люблю тебя, маленькая. Я так сильно тебя люблю.

Глава 26

Он задыхался. Его накрыло так, что все остальное перестало существовать. Лишь ее крик под потолком. Лишь ее пряный вкус на губах... Контроля не было. Он испарился. Чалый понимал, что должен был выйти, скатиться с нее, снять свою тяжесть, но... стоило ему только пошевелиться, как с мучительным стоном он снова толкнулся внутрь. Выписывая бедрами восьмерки, толчок за толчком... Туда, где все раскалено от его движений, туда, где все под завязку наполнено им. Где так влажно, что в такт ее сокращениям его семя сочится наружу...

Горло пересохло, воздух со свистом врывался в легкие. Так и умереть можно... В его-то годы! Какая сладкая смерть... Лия пошевелилась. Опираясь на предплечье, Чалый выскользнул из жены и скатился в сторону, но все же... не мог заставить себя ее отпустить до конца. Прижал рукой к своему боку. Успокаивающе провел по телу, которое мелко-мелко подрагивало под его пальцами. Ей было хорошо!

- Мне нужно в душ, - задыхаясь, проговорила Лия.

- Нет.

- Почему? -  Чалый чувствовал, что слова даются жене с большим трудом. Видимо, не только он не был готов к случившемуся душевному армагеддону.

- Лежи смирно. Беременей... - его широкая ладонь полностью накрыла низ ее живота. А губы, не удержавшись, коснулись виска. Влажного от испарины. Девочка... Его маленькая нежная девочка... Лия затихла на секунду, но потом ее дрожь вернулась с прежней силой.

- Эй... Малыш... ты чего?

- Не знаю, - клацая зубами, прохрипела Лия.

Чалый обнял жену, натянул на них повыше одеяло, щелкнул пультом, выключая кондиционер.

- Ну же, моя славная... Успокаивайся, все хорошо...

Ей не сразу удалось взять себя в руки... Лия даже плакала, уткнувшись (о, боги!) лицом в ладонь Чалого. Слишком сильно на нее подействовало все, что произошло. Слишком мощно. Она не была к такому готова. К чему именно - объяснить не могла, но совершенно точно не была готова...Такой вот парадокс. Скорее всего, конечно, Лия просто не ожидала, что ее удовольствие будет настолько сильным... Сокрушительным. Ставящим на колени. Перед ним... Тем, кого еще недавно она так отчаянно ненавидела. Не представляла, что такое вообще возможно. Казалось бы, как? Как могло предать собственное тело? А вот получилось... И теперь, как с этим жить?! Ей гораздо бы проще было просто терпеть. Стиснуть зубы и терпеть ради сына... Это было бы оправдано и логично. В то время как произошедшее не поддавалось абсолютно никакому объяснению. Лия чувствовала себя преданной. Преданной самой собой. Ей было так горько из-за собственного малодушия. Она так сильно себя винила! И даже за то, что он увидел ее слезы. За слабость... За то, что не смогла ему противостоять! Никогда не могла, и не научилась...