Всё в ажуре

Так и оставил в укрытии до окончания боя. Это действие позволило остановить кровотечение и сохранило напарнику шанс на жизнь.

Как там в дальнейшем всё происходило, нам с Лилей никто особо не рассказывал, да и в данный момент эти подробности не интересовали абсолютно. Сообщили только, что даже герцогу пришлось тоже обнажить оружие, но с ним всё в порядке. Там какая-то отдельная история, об этом потом. Сейчас всё место в душе и в голове занимала мысль о том, что где-то там сейчас, не дай бог… Нет. Серёга ранен. Просто ранен, и всё. Иначе… Всё, стоп. Даже не думать.

Крайтон, памятуя, как мы лечили его самого, отправил за нами сразу, как только про Сергея стало известно. Нашли напарника быстро, в первую очередь потому, что искали. Герцог с Адалеем заподозрили плохое ещё тогда, когда Шерлок не вернулся из-за стен замка обратно. Тоже настойчиво гнали от себя дурное, надеясь, что друг и соратник жив-здоров, просто засел в укрытии, но вышло, как вышло.

Когда нас с Лилей привезли, за стенами, да и в самом замке творился полный погром. Да и бог с ним, погромом, с ног сбивало другое… Уф-ф... Люди. Убитые, раненые и те, которые сейчас растаскивали первых и вторых по разным местам. Стоны, плач и бурые пятна на земле, на стенах – мне мерещилось, они везде.

Хотелось закрыть глаза и оглохнуть, и всё равно отключить сознание от этого кошмара было бы невозможно. Потому что сам воздух вокруг пропах кровью и болью.

Встречал нас Адалей. Он же и проводил туда, куда унесли Сергея.

Серёжка лежал в отдельной комнате на длинном столе, и казалось, что места на нём живого не осталось. Помимо стрелы, застрявшей в ноге, и других, оцарапавших его спину, много повреждений нанесли тяжёлые предметы, завалившие его в сарае. Сильно пострадала голова. Смятый шлем уже сняли, он теперь валялся в углу помещения. Железо, конечно, спасло, уменьшив силу ударов, но… ф-ф-ух… Судя по его состоянию, самое малое, что получил Сергей в области головы – это контузия.

Лицо его покрывала бурая запёкшаяся корка. Выглядело страшно, до дурноты, но впоследствии оказалось, что это, как раз, самые малозначительные царапины. Крови много, а настоящего вреда – не очень.

Замковый врач - пожилой мужчина с седой бородой по имени Илман, готовил пациента к операции по извлечению наконечника стрелы. Прямо на той самой замызганной простыне, на которой его раздевали, разрезав нижнюю одежду. Даже рот открыть не успела, как…

- Остановитесь немедленно. – произнесла Лиля таким голосом, что даже я вздрогнула.

Лицо сестры пылало не то, что гневом – самой настоящей яростью.

- В чём дело? – недовольно вскинул брови доктор.

Его помощник – худощавый молодой мужчина тоже уставился на нас в полном недоумении.