Чёрный всадник

Застигнутые врасплох, степные улусы становились лёгкой добычей запорожцев.

Салтаны, беи, мурзы и другие богатые люди бросали на произвол судьбы своё имущество и, прихватив только драгоценности и родных, стремглав удирали на юг. Освобождённые из рабства невольники забирали хозяйских коней, оружие и становились в ряды запорожцев. Жажда мести жгла их сердца. Для них Крым был ненавистной землёй. Здесь они годами мучились в страшной неволе. И теперь, неожиданно обретя свободу, со злостью и беспощадностью набрасывались на врагов — били, ломали и сжигали все, что не могли забрать с собой.

Свой пятитысячный отряд наказной атаман Матвей Шумило разделил на четыре части. С двумя тысячами казаков он напрямик шёл на Бахчисарай, а три тысячных отряда, которые в свою очередь подразделялись на меньшие, послал другими дорогами, чтобы получше прочесать ханские владения.

Первое сильное сопротивление татары оказали в Ак-Мечети[42], селении с приземистыми глиняными саклями, тесно обступившими дворец калги[43] и большой каменный дом салтана Гази-бея. Калга в своей резиденции жил только наездами, и вся власть здесь принадлежала Гази-бею.

Стараясь спасти свою семью, салтан с сотней всадников бесстрашно ринулся навстречу запорожцам. Тем временем его жены и дети в сопровождении преданных слуг что было сил спешили к Бахчисараю.

Но что могла сделать сотня сейменов против двух тысяч казаков? Спустя несколько минут все они полегли, как трава под косой. Единственным утешением погибших могло быть лишь то, что вместе с собою они успели прихватить в райские сады аллаха десятка полтора запорожцев, а с ними и наказного атамана Шумило. Седоусый атаман не привык прятаться за спины товарищей и шёл в первой лаве. В одной из узеньких улочек, обрамлённых облупленными глиняными заборами, его поразила в самое сердце длинная татарская стрела. Он даже не вскрикнул, не охнул — упал на сухую землю и сразу скончался.

— Батьку убили! — закричал в отчаянии Секач, спрыгивая с коня. — Слышите? Батьку убили!..

Над распростёртым телом атамана склонилось несколько запорожцев. Крики горести слетали с их уст. Атаман лежал навзничь, весь залитый кровью. Все больше и больше подъезжало казаков, так как страшная весть тут же разнеслась по лавам.

Воспользовавшись замешательством, охватившим запорожцев, Гази-бей резко развернул коня и, бросив оставшуюся горстку своих воинов, кинулся наутёк.

Его никто не преследовал. Запорожцы собрались у тела наказного атамана."

"Подъехал Семён Палий. Молча скинул шапку, слез с коня. Секач также молча вытянул из-за пояса убитого атаманскую булаву и протянул её Палию.