Время волков

Послы будут видеть и знать, как мы живем и что производим, и смогут заказывать то, что надо будет вам в первую очередь.

– Знаешь, я поговорю с отцом и старейшинами, как вот только дать тебе об этом решении знать?

– Ломер, мне еще надо сопроводить будущего короля в столицу и присутствовать на коронации, а вот на обратной дороге я мог бы зайти в город Бертан. Я хотел бы, но не могу задерживаться, мое путешествие длится почти полгода, а еще ведь два месяца обратно добираться.

– Хорошо, брат, я тебя понял, значит, если все решится, то люди будут тебя ждать в городе Бертан, ты только не забудь их забрать.

Уже прощаясь, я вспомнил, что у меня к седлу приторочен меч, который я вез в подарок. Отвязав сверток, я достал из сумки запасную подкову, которую всегда брал с собой в походы. И повторил фокус с разрубанием ее на глазах изумленной публики, показав при этом, что на бритвенной заточке мече нет и зазубрины. Потом протянул меч Ломеру со словами:

– Брат, прими этот меч в подарок, и пусть наша дружба и родственные связи будут такими же крепкими, как лезвие этого меча. Он не ржавеет, – тихо добавил я, передавая меч.

Сказать, что Ломер был ошарашен, значит ничего не сказать, тем более у них только старший по родственной линии мог дать или подарить оружие.

Ломер упал на одно колено и с благоговением принял подарок; вытащив меч из ножен на треть, он прижал к губам лезвие, а потом, поднявшись на ноги, выхватил меч и поднял его к небу. И снова все разразились приветственными криками. Еще раз обнявшись с ним, я вскочил на коня и отправился восвояси, тарги трусили почти рядом, они всю ночь просидели у полога шатра и, наверное, были голодны.

– Послушай, Алый, вы бы поохотились, что ли, – сказал я им, – бегите, дичи тут достаточно, только на оседланных быков не нападайте.

И те, получив разрешение, тут же скрылись в ближайшем лесу.

Глава шестнадцатая"

"Лагерь не спал всю ночь, он праздновал победу. Пили вино и поминали погибших, чествовали тех, кто отличился. У меня не было ни погибших, ни раненых, я просто не пустил их в свалку, да ведь и учил их другому бою. Увидев, что в палатке коннетабля горит свет, я, приблизившись, спросил у охраняющих гвардейцев герцога:

– А что, барон не спит?

Те улыбнулись и, оглянувшись, заговорщицким шепотом сказали:

– Они с его светлостью маркизом всю ночь спорили, кто принес больше пользы в разгроме отщепенцев.

– И до чего договорились?

– Решили, что все молодцы.

– Я войду? – спросил я их.

– Да, ваше высочество, проходите.

В палатке раскрасневшиеся, в одних нижних шелковых рубашках, сидели коннетабль и маркиз. Увидев меня, они радостно завопили.

– О наконец-то, ваше высочество, вы соизволили нас посетить! За стол, за стол! – закричал маркиз, а коннетабль лишь качал головой.