Время волков

В конце я задал, может, и не тактичный, но очень уж интересующий меня вопрос:

– Мне кажется, у вас что-то произошло, почему вы живете здесь, да и почему народ вашего племени выглядит не очень счастливым.

– Увы, Алекс эль Зорго, мы изгои, на нас наложено проклятие, и мы не можем выйти из этого леса, – горестно проговорил вождь племени, разводя руками. – Пятнадцать лет назад, откуда – не знаю, в наш мир пришли те, кто стал называть себя «сингами». Вроде бы ничем они от людей не отличались, но поклонялись они темному богу. А божество их требовало себе кровавых жертв и даже человеческих жертвоприношений. Мы же поклонялись богине, это она нам дала возможность оборачиваться и наслаждаться жизнью среди дикой природы. Синги стали жить и плодиться, расширяя ареал своего обитания. Постепенно стали перетягивать на свою сторону адептов богини, и чем больше их становилось, тем сильней становился темный бог Урху. Постепенно ареал владений нашей богини стал уменьшаться, а бога Урху – увеличиваться. В ход шло все: подкуп, обман, запугивание. Те, кто решил остаться верным богине, бежали на ее земли. С такими беглецами, в случае их поимки, сторонники нового бога расправлялись беспощадно. С нами жрецы Урху и их приспешники боялись связываться, в то время мы представляли большую силу и были многочисленны. Мы спокойно жили своими деревнями среди людей, многие были мастерами и жили в городах. Но когда давление на приверженцев богини достигло наивысшей точки, мы тоже решили уйти на земли к богине, правда среди нас оказались и слабые духом, некоторые из них стали поклоняться новому богу. Но большинство все-таки остались верными и преданными богине. Не успели мы пройти этот лес, как на всех, кто в нем находился, было наложено проклятье самим Урху. Наверное, поджидали, чтобы подловить, когда мы будем все в одном месте. С тех пор мы не можем покинуть этот лес и даже выйти на его границу, ни в одну сторону. Поначалу все еще было более или менее нормально, мы жили, охотились, но со временем становилось все хуже и хуже. Живности в лесу становилось все меньше и меньше, при попытке заниматься огородничеством все сохло на корню, разведение домашних животных тоже не давало того эффекта, что надо. Козы и бараны были мелкие и худые, да и плодиться стали плохо.

Вождь оборотней горестно вздохнул, хлебнул из бокала вина и продолжил:

– Затем стали умирать дети, они рождались хворыми и слабыми, потому что родители не получали всего, что надо для зачатия детей, а те, которых смогли выходить, не могут оборачиваться. Да и те, кто может это делать, из-за недостатка пищи все реже и реже оборачиваются, а обернувшись в звериную сущность, уже не могут вернуться обратно.