Время лечит, или Не ломай мне жизнь и душу

Тебе что, жалко, что ли?

– Жалко у пчелки! – нервно крикнула я. – А ну вали спать на диван! Я с твоим отцом договаривалась о том, что я буду спать на кровати, а ты на диване.

– Лара, ну что ты, как девочка...

– Я не Лара, и ты это хорошо знаешь. Вот вернется твоя Лара, и спи с ней столько, сколько считаешь нужным. Я Регина, а это значит, что я совершенно чужой и посторонний для тебя человек. А я с посторонними мужиками с первой встречи в постель не прыгаю!

– Какой я тебе посторонний мужик?! Я твой муж!

– Муж – объелся груш! Ты чужой муж. Сегодня ты расписался с Ларой, но никак не с Региной!

– Лара, ну хорош пургу нести. Я тебя сейчас раком загну и заставлю выполнить супружеский долг."

"Я внимательно посмотрела на перебравшего Никиту и пришла к выводу, что он настолько пьян, что на самом деле думает, что я Лара, и напрочь не помнит про нашу сделку. Вступать с ним в интимную связь у меня не было никакого желания. Поэтому я стояла и думала, что же мне предпринять для того, чтобы он успокоился и мирно уснул. Сразу вспомнился тот момент, когда Никита приставал к танцовщицам, а отец увел его со сцены под предлогом того, что нужно выпить. На него это действует.

Поставив статуэтку на место, я постаралась выглядеть подобрее и дружелюбно произнесла:

– Послушай, Никита, а почему бы нам не выпить?

В мои планы входило поить его до тех пор, пока он сам не свалится на диван и не заснет крепким сном. А завтра утром, когда у него будет трезвая голова, я посажу их вместе с отцом и поставлю условие, что подобное больше не повторится и в дальнейшем мы все строго будем соблюдать условия договора.

– Трахнемся, а потом выпьем, – нарушил очередной пьяной репликой мои планы Никита.

– Сначала выпьем, а потом трахнемся, – стояла я на своем.

– Ну уж нет. Ты с двенадцати дня моя законная жена, а я еще этого не понял. Так что, Ларка, спускай штаны, а потом будем пить. Я свои уже спустил.

В доказательство своих слов Никита снял трусы, предстал передо мной в чем мать родила и, показывая пальцем на свой увядший стручок, произнес:

– Ларка, а ну-ка подними моего дружка. Сделай так, чтобы надулись его паруса.

Я покрутила пальцем у виска, показав этому пьяному придурку свое фи. Но вместо того, чтобы хоть немного опомниться, он ринулся прямо на меня и стал заваливать на кровать. Я тут же попыталась его скинуть, но он сорвал с меня фату и принялся задирать пышную юбку. Никита не отличался солидной комплекцией, но был достаточно цепким и каким-то тяжелым.

– Раздвинь ноги, сука, – злобно бросил он и, схватив меня за шею, принялся душить. – Если ты сейчас же мне не дашь, я тебя точно придушу, и ни хрена мне за это ничего не будет. Семейные разборки. Где это видано, чтобы жена мужу не давала?! Да еще в брачную ночь.