Время для наград

На левом предплечье был широкий шрам, видимо от ножа.

В горячке, когда они любили друг друга, она их и видела, и щупала, но тогда вообще ничего не соображала.

— Ты был хорошим профессионалом? — все тем же тоном спросила она, не замечая, как поглаживает шрам на руке.

— Да. — Ему не нравился этот разговор, он не понимал, к чему она все это ведет.

— Очень хорошим? Супер?

Он подумал и честно ответил:

— Да.

— Так какого черта ты подо все это подставился! — Она уже почти кричала. — Вот если б тебя убили, где бы я тебя искала?! Что бы я тогда делала?!

Наконец он понял.

Облегчение и радость теплом разлились у него внутри.

— Ну не убили же! Вот он я. — Он схватил ее в охапку, прижал к себе сильно, обдумывая, как лучше ей объяснить. — На войне профессионализм очень много значит, и интуиция, и чутье, но это не главное. Главное — везение, помноженное на все это. Но случается, и все это не спасает. Иногда, конечно — и по глупости, бывает, расслабился — и бац! — получи сразу. — Он поцеловал ее в макушку, потом в щеку, передвинул поудобней. — А дай-ка теперь я тебя осмотрю, — шепотом предложил он.

Наталья провалилась в сон сразу, как отключилась, и спала, почти полностью улегшись на Антона. Он не возражал, ему нравилось. Боясь ее потревожить, он пододвинул оба телефона поближе под руку и убавил звук, тихонько, неосознанно ее поглаживал и думал.

«Дело» он отодвинул до получения информации. Подождет!

Дважды звонил оперативный телефон, ему сказали, что «клиенты» спят, и доложили информацию о Хакиме.

Он думал о том, что рассказала Наталья.

Он, конечно, понимал, что она рассказала далеко не все и очень скупо. Действительность была куда более тяжелой и страшной. Он представил себе эту девочку в тех ситуациях, которые она описывала, и желание набить морду становилось очень сильным.

«Найду сучонка в этой Америке, отберу все до нитки и наваляю по полной! — Ему надо было повоевать за нее. — Еще неизвестно, что бывший муж натворил, судя по тому, что про него она даже не рассказала, — тоже тот еще козел! Узнаю что — этому точно морду набью!»

Он восхищался ее силой, и слабостью, и жизнестойкостью, и не растерянной в бедах, трудностях, предательстве женственностью, мягкостью, способностью еще кому-то верить, ему например.

Ведь не стала стервой и не сдалась.

«Все, девочка, больше ты воевать не будешь, теперь у тебя есть свой, персональный воин. А что детей не будет, ну и ладно, главное — мы нашлись!»

Под эти мысли Антон уснул совершенно счастливым.

Звонил сотовый Натальи.

Как всегда, проснувшись, с трудом соображала. Не открывая глаз, она стала шарить рукой в поисках источника звука. Пришлось-таки разлепить глаза и оглядеться. Вспомнила — гостиница, номер Антона. Хозяин апартаментов отсутствовал.