Время золотое

Демонстранты несли на руках батут, на котором прыгали, крутились в воздухе, схватывались в борьбе упрямые босоногие молодцы, неутомимые и веселые.

Это организованное, построенное в ряды шествие продолжал людской поток, который лился сплошной лавой. Над ним улетали в небо надувные шары, развевались флаги, ленты. В толпе играли гармони, люди танцевали, принимали в свой круг стоящих на тротуарах. И все это голосистое, посвистывающее, приплясывающее множество двигалось по Кутузовскому проспекту. Мимо тяжеловесных сталинских домов, Бородинской панорамы, Триумфальной арки, к Поклонной горе, где шествие останавливалось. Набухало, растекалось на открытом пространстве, у шпиля, на котором, в небесах, несся Георгий Победоносец. Здесь же возвышалась трибуна, окруженная флагами. Она примыкала к загадочному, укутанному в полотнища сооружению, напоминавшему задрапированный памятник.

Все это видел Бекетов, узнавая в убранстве колонн свой замысел, свою режиссуру, которую положил в основу предвыборного митинга. Осмысленную стройность и созидательную мощь государства противопоставил слепой стихии разрушительного протеста. Этот митинг был задуман им как последний победный удар, опрокидывающий Градобоева. Как триумф Чегодаева, перед его вступлением в Кремль.

Он стоял в толпе, среди которой отливал золотом мистический танк, сиял, украшенный лентами, космический двигатель. Бекетов вдыхал весенний ветер, прилетевший с подмосковных полей, где еще лежали в оврагах последние снега, расцветали на опушках золотистые ивы, летели под облаками стаи птиц. Он был в нетерпении, как и тысячи окружавших его единоверцев, сынов Отечества, государственных мужей, исповедующих государственный символ веры. Ждал появления Чегоданова.

Тонко пропели фанфары. Взлетели флаги. И ликующий, с восторженным придыханием голос возвестил:

– Кандидат в президенты Российской Федерации Федор Федорович Чегоданов!

Еще продолжал звучать голос, а на трибуну летучим шагом, с отмашкой левой руки, вышел Чегоданов, в светлой расстегнутой куртке, без головного убора, стремительный, как порыв весеннего ветра. Он шел к середине трибуны, а за его спиной с таинственного сооружения начинали опадать покровы, слетало огромное полотнище. И возникало сияющее диво, фронтовой бомбардировщик Су-34, в блеске отточенных кромок, с хрустальным кристаллом кабины, весь в светоносных потоках, лучах. Казалось, он метнется вперед, брызнет огнем и взмоет в ликующий свет.

Все ахнули, толпа восторженно колыхнулась, тысячи глаз устремились к дивной машине, к человеку, который, казалось, спустился с неба на божественной колеснице. К их будущему президенту.

– Я пришел к вам в канун великого выбора! В час, когда наш народ стоит на распутье истории.